— Больно, не правда ли? Дерево отравляет твоего дракона, — благодаря своей силе, Риордан с легкостью удерживал Андера. Он вздохнул. — Думаю, я был прав — ты совершенно не научился терпению. Иначе нас бы здесь и вовсе не было.

Андер прекратил сопротивляться.

— Я просто хотел быть похожим на тебя.

Тихие слова были так похожи на речи того паренька, которого знал Риордан, что породили сомнения.

— Ты должен был стать рыцарем. Я бы не бросил тебя.

Голова мальчишки упала вперед, и острие посоха еще глубже проникло в шею.

— Я считал себя недостаточно хорошим, чтобы быть твоим оруженосцем.

— Андер… — дракон внутри Риордана предупреждал, что существо перед ним больше не являлось тем самым Андером. Он посмотрел на драконьи чешуйки, покрывающие руки парнишки и заметил полоску из них, спускающуюся по его позвоночнику и исчезающую за воротом рубашки.

Андер пересек черту, избрав длинный и темный путь становления чудовищем. Он должен умереть. Таков древний закон.

Риордан посмотрел на Киру. Ее арбалет был нацелен на Андера, прямо в голову. Ее рука была тверда, подобно камням вокруг них, но в глазах плескалось море эмоций.

Эта женщина возненавидела Риордана за то, что он не дал шанса на спасение ее брату. Будет ли ему даровано хоть какое-то искупление, если спасти этого мальчишку? Возможно ли ему избежать падения в темную пропасть, что разверзлась перед ним?

Если он спасет Андера, сможет ли Кира простить его?

Приняв неожиданное для самого себя решение, Риордан ослабил давление острия на горло оруженосца.

— Позволь мне помочь тебе. Ты все еще можешь стать рыцарем.

Андер повернулся, чтобы посмотреть на Риордана через плечо, и в его глазах отразился шок.

— Ты и вправду хочешь этого?

— Шаркан? — голос Киры звучал нетвердо.

Пронзительным взглядом Риордан заставил ее замолчать. Повернувшись обратно к Андеру, он кивнул.

— Да.

— Тогда ты еще больший глупец, чем я думал, — Андер резко вскочил на ноги и оттолкнул Риордана. — На каком основании ты решил, что я захочу выбрать короткую жизнь, посвященную служению тебе и Ордену?

Земля вокруг них задрожала. А в пещере раздался гулкий грохот. Огромные булыжники начали падать с потолка и скатываться со стен.

Не сводя взгляда со своего противника, Риордан придвинулся ближе к Кире. Андер медленно крался от них в сторону выхода. Но Шаркан заметил, как дикий прижимал руку к шее и то, что его походка была не такой твердой. Древесная магия уже оказывала свое влияние и ослабляла.

Андер запрокинул голову и расхохотался.

— Я собираюсь жить вечно. И получу все, что только захочу, — его темный взгляд упал на Киру. — Начиная с нее, — оруженосец посмотрел на Риордана. — После того, как ты умрешь.

Он хлопнул в ладоши. Тихий рокот в земле превратился в угрожающий рев.

Риордан поднял глаза как раз вовремя, чтобы заметить огромный кусок каменной плиты, падающий прямо них с Кирой. Он отпрыгнул, хотя понимал, что уже слишком поздно.

Шаркан бросился на Киру, отталкивая ее в сторону.

Боль взорвалась во всем теле, и его поглотила темнота.

— ШАРКАН! — Кира бросилась к ужасающей груде обломков, похоронившей под собой упавшего рыцаря. О, Боже. Что если он погиб? Разве мог кто-то, даже чистокровный дракон, пережить такое?

Куда делся дикий? Кира оглянулась через плечо, пытаясь найти дракона земли. Вход в пещеру был заблокирован огромным куском рухнувшей породы. Также, как и альков с сокровищами и телом девушки — все было завалено камнями.

Не осталось и следа Андера. Скорее всего, он оказался по другую сторону блокирующего выход завала. Кира заметила, как подействовала на него древесная магия Шаркана, и потому решила, что парень скрылся, чтобы зализать раны. Исцелиться, прежде чем вернуться и покончить с ними.

Она должна была спасти Риордана.

— Шаркан, — Кира подняла огромный булыжник и отбросила в сторону. — Риордан.

«Пожалуйста, пожалуйста, будь жив».

Он мог отскочить в сторону от падающих камней, но вместо этого потратил столь драгоценное время, чтобы уберечь ее от серьезных ранений. А может даже от смерти.

«Пожалуйста, выживи».

Коварный голос в ее голове утверждал, что стоило бы порадоваться. Ведь пострадал мужчина, убивший ее брата. И теперь он был наказан.