Дмитрий разочаровался в деятельности спецслужб. Он знал, что многие его сослуживцы служат, не задумываясь о том, пользу они приносят обществу или вред. Многие гордятся тем, что так хорошо устроились в жизни. Не тебя пасут, а ты помогаешь пасти. Ему стало противно. И стыдно перед собой. И не надо убеждать себя, что ты-то ни в чём не замешан, ты честно выполняешь свой долг. Вот только долг за тебя почему-то определяют другие. А сам-то ты уверен, что это твой долг?

Своими сомнениями и размышлениями он накануне поделился с приятелями, с которыми поддерживал отношения ещё с училища спецназа, - Михаилом Латышевым и Павлом Цукановым, которые пришли к нему домой отметить возвращение из командировки. Михаил его понял.

– Вот почему я и не стал служить в спецназе, - сказал он.

Действительно, после окончания училища Михаил поступил в университет на юридический и стал адвокатом, причём очень успешным. А вот Павел пренебрежительно фыркнул:

– Вечно ты, Димка, умствованиями занимаешься, вот и заносит тебя не туда. Голова закружилась от успехов? – ядовито спросил он. – Чего тебе ещё надо? Полковник в 33 года, квартира престижная в центре, деньги девать некуда, да и на твоей должности уже озолотиться мог, если бы не твоё чистоплюйство.

– Что же ты сам такими делами не занимаешься? – подколол его Михаил.

Павел, действительно, устроился в отделе внутренних расследований, дослужился до майора, старался держаться в тени.

– Не всем же быть героями, - скромно заметил Павел, - мне вот не дано. А ты, Димка, не валяй дурака. Уйдёшь из отдела – пропадёшь. Да и квартиру могут предложить поменять, если в системе не останешься.

– А ты перейди в Пашкин отдел, - шутливо предложил Михаил. – У них начальник серьёзно болен, должность полковничья, как раз по тебе.

Павла перекосило.

– В этом отделе вырасти надо, чтобы понять его специфику, - со злостью заявил он. – Никогда начальником отдела не поставят человека со стороны.

– Не волнуйся, я и сам бы к вам не пошёл, - примирительно сказал Дмитрий. – Ладно, буду думать. Вот поживу у деда в отпуске, с ним посоветуюсь, он у меня старик умный.

А на следующий день, когда Дмитрий уже складывал вещички в рюкзак, чтобы ехать к деду, и позвонил генерал Арамеев.

– Срочно ко мне, завтра выезд в командировку.

– Но, товарищ генерал, у меня же отпуск, - попробовал отказаться Дмитрий.

– Я сказал «срочно», - рявкнул генерал, - жду через полчаса, - и отключился.

Точно через полчаса Дмитрий вошёл в кабинет Арамеева. Тот недовольно посмотрел на подчинённого.

– Много себе позволяете, Дмитрий Александрович, - брюзгливо заметил генерал. – Что, воинская дисциплина не для Вас? Если начальство вызывает, надо исполнять, а не пререкаться. Присягу ведь давали Родине служить?

– Так ведь Родине, а не начальству, - вырвалось у Дмитрия.

Генерал недовольно поморщился.

– Не занимайтесь демагогией, - резко сказал он. – Пока Вы ещё не в отставке, а служите, значит, обязаны выполнять распоряжения командования. Не очень рассчитывайте на защиту Вашего архива, - в сердцах высказался генерал и досадливо поморщился, поняв, что проговорился.

«Пашка донёс», - сразу догадался Дмитрий, вспомнив вчерашний разговор с приятелями. Тогда Павел высказался в том смысле, что Дмитрию могут и не позволить «соскочить с поезда», на что Дмитрий заметил, что собранных им в свой архив данных хватит, чтобы убедить начальство отпустить его с миром.

«Сам виноват», - выругал себя Дмитрий, - «ведь догадывался, какая сволочь этот Пашка».

– Я слушаю, товарищ генерал, - внешне невозмутимо обратился он к Арамееву. – Какая у меня задача?