НЕСКОЛЬКО ВСТУПИТЕЛЬНЫХ СЛОВ ОТ АВТОРА
Начинаю публикацию первой части психо-эротического романа "Марго и демиург". Чтобы не слишком утомлять читателя, буду последовательно выставлять небольшие эпизоды, давая им названия, которых в самой книге нет.
ЧАСТЬ 1. МОЙ ГУМБЕРТ
ВМЕСТО ПРОЛОГА
– Скажите, Марго...
– А откуда вы знаете мое имя? И кто вы, вообще, такой?
– Можете звать меня просто Голос, если хотите.
– Я не привыкла разговаривать с незнакомцами. Тем паче, с Голосами. Я пока еще не совсем "ку-ку". И что за фамильярность? Для вас я не Марго, а Маргарита Александровна.
– Зачем же так официально? Я вас, между прочим, неплохо знаю. И уже давно. Желаете убедиться?
– Что ж, валяйте. Даже забавно.
– Вот, к примеру, 11 лет назад (вы тогда учились в 10 классе) в вашей школе появились два новых учителя. И оба с очень необычными именами, так ведь? И оба оказали на вас, гм-м... немалое влияние.
– Верно. Но откуда вам это известно?
– Мне это знать, скажем, так, по должности положено. Кстати, с кем вы сейчас беседуете, как по-вашему.
– Да не все ли равно? Может, сама с собой по вечной моей привычке. А может и со следователем.
– Со следователем? Вы что, совершили какое-то преступление?
– Кто ж его знает? Может, и совершила. Исключить не могу. Мало ли у каждого скелетов в шкафу?
– Это вы шутите, надо полагать.
– Шучу? Разве что отчасти. Родись я во времена инквизиции, уже давно бы сгорела на костре. А, положим, в Саудовской Аравии меня бы казнили за распутство.
– Кстати, Марго, а вы верите в ангелов-хранителей?
– Странный какой-то у нас разговор. Нет, не верю. Но если допустить такую возможность, то придется признать, что мой ангел-хранитель больно уж... ленивый. Когда он нужен, его никогда рядом нет. И тогда, в девятом классе, тоже не было.
– Может, хотите об этом поговорить?
– Нет, не хочу. Между мной и тогдашней Марго нет ничего общего. Кроме имени. Я теперь совершенно другой человек.
– Ну да, гусеница превратилась в бабочку.
– Разве что от слова "баба". На самом-то деле все было как раз наоборот - та Марго и была настоящей бабочкой, которая за эти 11 лет превратилась в гусеницу. Если бы ей тогда удалось заглянуть в будущее, то она пришла бы в неописуемый ужас при виде меня - тетки без семьи, без детей и без всяких перспектив.
– Не стоит преувеличивать. Да, она была прехорошенькой. Но вы и сейчас не хуже. Можно сказать, красавица.
– Спасибо за комплимент. Но вас, похоже, больше интересует та - прежняя - Марго. Верно?
– Пока да. Хотелось бы услышать вашу версию тех давних событий.
– Честно говоря, я мало что помню. Та милая, но глупенькая девчонка сейчас для меня не более реальна, чем воспоминания о когда-то виденном кино.
– Но вы все-таки попробуйте о ней рассказать. А лучше всего, если изложите эту историю, как говорится, в письменном виде.
– С какой стати? К тому же это заняло бы слишком много времени.
– Так мы никуда не спешим.
– Похоже, вы предлагаете мне написать повестушку в жанре "женской прозы"?
– Может быть, и так. Вы же еще и журналистка. С бойким, как говорят, пером. Но в этом случае неизбежно появятся ненужные красивости и длинноты. Будет лучше (и короче), если вы отнесетесь к вашему тексту, как к докладной записке, отосланной в неведомую, но "высокую" инстанцию.
– Допустим, хотя это и бред, я напишу эту вашу докладную записку. От имени той юной Марго. И куда же ее подавать? По какому адресу?
– Это совершенно не важно. У нас тут "умная" почта, так что пишите хоть на деревню дедушке, письмо всенепременно до адресата дойдет.
– Так не бывает!
– Бывает...
***
ДЕВЧАЧЬИ ОПАСЕНИЯ
Настоящее счастье начиналось, когда шел град. Он случался редко и длился недолго, как и подобает счастью. Тогда вся малышня нашего двора, кто в чем был, пулей вылетала из квартир и с гиканьем, перепрыгивая ступеньки, мчалась на улицу. Скорей! Только бы успеть пока град не кончился! Градины как горох сыпались нам на головы и стучали по темечку, по лбу, по носу, словно серебряные молоточки. Иногда даже довольно больно. Но нам-то что?! Мы как безумные кричали, кружились, скакали и тянули свои ручонки вверх, к небу, навстречу этим градинам. И наши сердца были полны каким-то неописуемым и неистовым восторгом. Еще, еще, заклинали мы. Но град кончался, как и все хорошее. Почему-то всегда после него появлялось солнце, и еще не растаявшие градины, ковром покрывая землю, сверкали как сокровища в сказке про Али-Бабу. И только спустя несколько минут превращались в жидкую грязь. Тогда праздник кончался.