Шрифт:
Эдер не мог оторвать взгляда от экрана, он тупо смотрел вперёд и слушал.
Он чувствовал, что что-то в нём сдвинулось, надломилось.
Но это быстро заменялось другим чувством, чувством ярости, вперемешку со злобой.
На экране показались неизвестные Эдеру люди, видимо, семьи тех, кто был убит в крепости, затем появились жители деревни Риллем, женщины, дети, все они.
Потом показалось лицо женщины, которую Эдер хорошо знал.
Эливия, стоявшая прямо на третьем уровне Лайдема, смотревшая куда-то вдаль с грустным лицом и парой влажных линий, нисходящих от глаз.
А следом, чего не ожидал Эдер... Показалась до жути знакомая пара, заставившая Эдера с силой вдохнуть в лёгкие воздуха.
На экране появились заплаканная Ильмира, стоявшая в обнимку со спокойной, но такой грустной Исанорой.
Насколько мог понимать Эдер, всё происходило прямо сейчас, так как в отдалении стояли его войска, выстроившиеся и ожидавшие боя.
Он не мог удержаться, поэтому сделал шаг вперёд, встав чуть не вплотную к зеркалу...
Медленно подняв руку, он положил когтистую руку на зеркало, закрывая ею Ильмиру с Исанорой.
Но стоило ему это сделать, как картинка поменялась, явив ему его отражение, но только в зеркале он был не в форме Второго, а как обычно, закованный в свою броню...
Но было одно отличие.
Всё внутри мира отражения было залито кровью.
Да и он сам, с ног до головы...
Не веря своим глазам, он опустил глаза на руки, и они были полностью перекрашены в красное...
Редкие кровавые капли падали вниз, в озеро крови, в котором он стоял по колено.
Вновь подняв глаза на отражение, он увидел в нём себя, но с жуткой ухмылкой.
И тут, внезапно отражение зашевелилось само собой, будто бы это был совсем другой человек.
Он вытянул свою окровавленные руки к Эдеру...
Эдера немного передёрнуло, из-за чего он слегка отшатнулся от стекла, но это не помешало рукам его отражения.
Руки прошли сквозь гладь зеркала, после чего резко ухватились за плечи Эдера и рванули назад, стараясь утянуть того в зазеркалье.
Нет!
– Выкрикнул Эдер, вдруг подняв кулак и ударив по зеркалу...
Угх...
– Послышался сдавленный стон.
Зеркало раскололось надвое, немедленно превратившись в пыль.
А за ним, держась за правый глаз, болезненно скрючившись, стол Арнидис.
Ты уже залил кровью этот мир, стал тем, кого назвали бы тираном, и поменяв взгляд на мир, сделав его розовым и пушистым для себя, ты не сделал его таковым для них, и, скорее всего, так не сделаешь.
– Заговорил Арнидис с болью в голосе, зыркнув на Эдера больше с ненавистью, чем с былым весельем и задором.
– Но это можно исправить... Засунь это внезапно появившееся благородство куда подальше и, наконец, полностью окунись в кровь с головой!
Ты...
– Сжав до хруста когтистые пальцы, выдавил Эдер.
Дыхание обоих было сбивчивым.
Ты не понимаешь, ты не бог, и я не бог.
– Проговорил Арнидис, наконец выпрямившись, в его голосе больше не было никакой выразительности.
– Никто из нас, ныне живущих, считающих себя высшими существами, не является тем, кто способен в один миг сделать мир лучше или хуже по-настоящему, но всё это исправимо... Исправимо.
– Будто бы успокаивая себя, закивал головой Арнидис.
– Нужно только стать тем самым тираном... Который способен достигнуть своей цели, несмотря ни на что, ни на какие жертвы, на счастье близких... На судьбы незнакомцев.
Да о чём ты, чёрт возьми?
– Тихо прошептал Эдер.
Ничего... Ты поймёшь, когда этот бой закончится.
– Проговорил Арнидис.
– Вне зависимости от того, каков будет исход... Ты поймёшь...
Внезапно, и чёрного пламени, в его руке появился чёрный клинок - маленький кинжал, на навершии которого был установлен маленький янтарь, внутри которого просматривалось застывшее в одной позе синее насекомое, глаза которого переливались разными цветами.
Это был тот самый кинжал, что я увидел у шута, который играл на лютне в городе демонов.
Медленно переведя взгляд с кинжала на "лицо" Арнидиса, Эдер тихо спросил:
А что, если я всё же не пойму?
Ты обязан понять и принять это.
– Проговорил Арнидис, грубо кивая, смотря куда-то в пустоту.
– Я не могу подвести никого из них, не для этого я ждал тебя, не для этого мы положили свои головы, не для этого создавали этот мир, чтобы он закончил своё существование в руках добродетеля, который не знает, что на самом деле хочет от самого себя и от мира, которым заправляет, нет... Такое существо недостойно называть себя богом.