– Что, не снимает?
– озабоченно и даже сочувственно спросила дама.

– Увы, нет, - разочарованно ответила я и с сожалением вернула смартфон.

– Ничего, позже дозвонитесь, - успокоила меня женщина и оставила одну.

Да, моя попытка предупредить Павла оказалась неудачной. И пока придется с этим смириться.

Я посмотрела на себя в зеркало, нацепила на лицо улыбку и торопливо вернулась в зал, чтобы не вызывать у моих спутников лишних подозрений.

– Мы тебя уже заждались, Женя. У тебя все в порядке? Ты хорошо себя чувствуешь?
– Озабоченно поинтересовался Нырков, внимательно всматриваясь в мое лицо.

– А что, похоже, что у меня что-то болит?
– нагло вопросом на вопрос ответила я и быстро сменила тему: - И давайте уже есть, а то при виде этих голубцов у меня слюнки текут.

Кузнецов ухмыльнулся и налил в свой бокал воды, а потом предложил воды и мне. Но я отрицательно покачала головой, щедро полила голубцы сметаной и принялась за еду.

Как ни странно, за обедом мы втроем мило болтали о погоде, о голливудских премьерах (мои собеседники были довольно хорошо осведомлены о них) и предстоящей зиме, которая по прогнозам синоптиков должна быть стать самой холодной за последние сто лет.

Я исподтишка наблюдала за Кузнецовым. Майор разговорился, его бледное лицо слегка порозовело, и он даже пару раз умудрился улыбнуться. Как ни странно, майор оказался приятным собеседником и весьма неглупым человеком.

В общем и целом, обед был вкусным, общение с Нырковым и майором приятным, и я с большим сожалением покинула теплый зал этого милого ресторанчика.

Забравшись в машину, я осторожно поинтересовалась у Ныркова:

– Сергей, не мог бы ты отвезти меня в какую-нибудь кондитерскую?

– Зачем?
– удивленно приподнял брови Нырков.
– Тебе десерта не хватило?

– Нет. Я хочу купить детям пирожных.

– Каким детям?

– Послушникам, которые живут в доме Анны Станиславовны, - пояснила я.

– Я думаю, вам не стоит этого делать, - строго вставил майор.

– Почему?
– удивилась теперь я.

– Потому что им запрещено принимать подарки и сладости от других людей, кроме тех, что им дает сама госпожа Бельская.

– Но мне-то она разрешит побаловать детей сладкой выпечкой... надеюсь...

– Это вряд ли, - вклинился Нырков.
– Даже если ты и привезешь пирожные в дом, надзирательница их либо выбросит, либо съест сама. Так что, дорогая, не утруждайся. Этот номер в доме Анны Станиславовны не пройдет.

– Очень жаль, - вздохнула я.

– Не переживай. Дети у Бельской не голодают, - поставил точку в этом неприятном разговоре Нырков.

Дорога в "Грачи-2" обошлась без приключений. На КПП нас никто не проверял и машину не досматривал. Нырков довез нас с Кузнецовым до особняка Бельской и быстро распрощался.

Оказавшись на улице, майор Кузнецов вновь стал хмурым, сосредоточенным и молчаливым. Он проводил меня до моей комнаты и ровным, без эмоций голосом сказал:

– Ужин в 18-30. Не опаздывайте. Прощайте.

– Так мы с вами больше не увидимся?

– Нет, - отрезал майор, отведя взгляд в сторону.

– Ну, прощайте. Рада была с вами познакомиться.

Майор кивнул головой и зашагал по коридору к лестнице.

Я вошла в спальню и осмотрелась. Здесь все было по-прежнему и все мои вещи были на своих местах. Но что-то изменилось, и я не могла понять, что именно. Возможно сама атмосфера спальни, возможно переменилась я сама. Не знаю. Но у меня было такое чувство, будто Судьба вновь провела черту между вчера и завтра. И сейчас я стою как раз на ней, этой черте. А перешагнув ее, я навсегда изменю свою жизнь.

Я вздохнула и посмотрела на часы. У меня есть еще около полутора часов до встречи с хозяйкой дома. Хватит времени принять душ, собрать вещи и даже обновить макияж.

Завтра я уеду в Неверск и проведу еще несколько дней с друзьями. И завтра же я закажу билет до Женевы на понедельник. Там меня встретит Олаф и моя жизнь вновь войдет в прежнее русло.

10.

Спустившись в столовую, я обнаружила, что Анна Станиславовна еще не появлялась. Стол был накрыт, но ни детей, ни надзирательницы Светланы в просторной комнате не было. От нечего делать, я подошла к массивному комоду и начала рассматривать фотографии, расставленные на нем. Вот Бельская в компании студентов. Вот она стоит рядом с ГГ на фоне его резиденции. Вот она озабоченно что-то читает с планшета, а рядом с ней, словно надутые индюки, сидят члены правительства. А вот она под ярким зонтиком у своего бассейна. Бельская улыбается своей жабьей улыбкой.

– Добрый вечер. Простите за опоздание.

В столовую вплывала хозяйка дома. Следом за ней, словно преданная собачонка, тащилась Светлана.

– Здравствуйте, Анна Станиславовна, - вежливо поздоровалась я и обратила внимание, что Бельская очень бледна и, кажется, чем-то расстроена.

– Прошу к столу, госпожа Свенсон.

Анна Станиславовна указала рукой на мое привычное место за большим столом, за которым я уже имела честь сидеть.

– Подавайте, - приказала "барыня" и в столовую, как и прежде, стали тихо входить дети с подносами в руках.