— Когда я вернусь, мы с тобой немного погуляем, — пообещал Рик.

И вновь тревога всколыхнулась в драконьем сердце, но тут же улеглась, когда его человек светло улыбнулся и прижался щекой к холодному чешуйчатому боку.

— Когда зажгутся звезды, я вернусь, — негромко произнес мужчина.

Гор издал протяжный рев и улегся, показывая, что отпускает человека. Риктор еще раз прижался к драконьему плечу и покинул драконник, спеша смыть с себя оцепенение скорби, запах амератта, и переодеть траурные одежды. Пока лорд приводил себя в порядок, зашел Расслед. Целитель остановился недалеко от дверей, сложил руки на животе и замер, ожидая, когда господин его заметит.

— Как жрец? — Рик стянул волосы в хвост, провел ладонью по голове и обернулся к целителю.

— Спит, — коротко ответил Расслед. — Мой лорд… — Илейни поморщился, и маг усмехнулся. — Мой мальчик, тебе нужно дождаться его пробуждения. Пострадал служитель Огненных, и пострадал он по твоей вине…

— Я не знал, что подобное могло случиться, — ответил Рик. — Конечно, это не отменяет моей вины, и я непременно внесу немалое пожертвование и приму наказание карающим Огнем, но сейчас у меня нет времени.

— Рик, ты же понимаешь, как велика власть жрецов. Только им подвластен божественный огонь, и если они начнут против тебя войну, ты потеряешь не только Побережье, которое добыл с таким трудом. Даже король не будет спорить со служителями культа. — Целитель подошел ближе. — Оставь свои дела, твое будущее под угрозой.

Риктор обнял старика за плечи и заглянул в глаза. Рас тревожился, и это было ясно без слов. Молодой лорд знал, что целитель любит его, как сына, потому принимал близко к сердцу все беды своего господина. К тому же Расслед был старше и мудрей, но Илейни сегодня не хотел его слушать.

— Рас, есть угроза пострашней гнева жрецов, — мягко заговорил он. — Если я сейчас выполню твою просьбу, то не я, а все Побережье окажется под угрозой. И не только Побережье, все королевство. И кто знает, может, и наш мир. Появилась сила, которой не было на этой земле уже не сотни, тысячи лет. Друг мой, кто-то владеет магией Бездны, и этот кто-то вмешался в Игры, убил мою Нэми, но вряд ли на этом остановится. Маги нашли его логово, и я отправляюсь с ними…

— Нет! — воскликнул целитель, вцепившись тонкими, но еще сильными пальцами, в плечи лорда. — Рик, не вздумай соваться! Нашим магам не справиться с силами Бездны!

— Почему ты так думаешь? — нахмурившись, спросил Илейни. — Ты уверен?

Расслед передернул плечами, но промолчал.

— Рас, если ты знаешь что-то, чего не знаю я, скажи, — потребовал Риктор. — Не только я, но и десять магов могут погибнуть. Говори!

— Я не уверен, — вынужденно признался целитель. — Это предположение. Просто я представляю мощь того, кто поднял со дна стаю камгалов. Обычный маг и одного призвать не сможет, как не сможет и заставить авехендр слушаться себя столько времени. Одну, двух, да. Но авехендра быстро выйдет из подчинения. Если их используют для устранения кого-то, желая представить все, как роковую случайность, то тварь отлавливают и сажают в клетку. Потом усыпляют и отвозят ближе к тому месту, где должно случиться нападение. Затем завладевают разумом авехендры и выпускают. Рик, она даже толком не просыпается, пока рвет жертву. Просто страшная кукла. Это не озверелая стая голодных авехендр, прекрасно осознающих, что они делают. Никому такое не подвластно, мой мальчик. Лучше останься в замке, дождись, пока проснется жрец и поговори с ним. А маги, если у них нет разума, то пусть суют голову в петлю. В конце концов, ты уже правитель Побережья, а правители посылают исполнителей, но не лезут к Виллианам на рога сами.

Расслед замолчал и с мольбой посмотрел на лорда. Тот смотрел поверх его головы, и целитель понял, что его жаркая речь не достигла цели.

— Ри-ик, — простонал старик, — я прошу тебя…

— Не беспокойся, мой друг, я буду наблюдать со стороны, — все-таки ответил Илейни. — Все, что у нас есть — это предположения. Родос уверен, что сможет обуздать колдуна. Ты считаешь, что нет. Два противоположных мнения, только действительность покажет, как есть на самом деле. Обещаю, что буду осторожен и хорошо подготовлюсь прежде, чем отправиться с магами.

Аниторн обошел целителя и направился к дверям. Расслед обернулся вслед за ним. Лицо его исказилось мукой, и старик выкрикнул:

— Тобой движет месть, но не разум! Рик!

Илейни на мгновение остановился у дверей, бросил на целителя короткий хмурый взгляд и все-таки покинул покои. Расслед стиснул ладонь и прошептал:

— Это чары проклятой инверны не отпускают тебя.

Он единственный, кто знал о сути Нэми, и старому мудрому магу никогда не нравилась эта связь, в ней не было смысла. Рик не полюбил инверну, и ее магия так и не проснулась. Оставалась лишь привязка мужчины к влюбившейся инверне, больше мешавшая ему, чем помогавшая. Расслед всегда надеялся, что появится та, кто разбудит сердце лорда, и это победит чары.

Нет, Рас по-своему любил милую девчушку с севера, и будь она знатной, чтобы Рик мог жениться на ней, в инверне было бы больше проку. Впрочем, чтобы разбудить истинную силу инверны, нужна была взаимная любовь, а ее так и не случилось. Великий дар стал обузой, только и всего.

— Всего лишь чары, — вновь прошептал целитель, выходя из покоев господина.

Риктор Илейни покинул свой замок на утесе, выехав из ворот в окружении воинов. Из драконника донесся рев, Гор напоминал человеку, что ждет его. Дракон не видел, как уезжает лорд, но чутко улавливал все, что касалось его маленького и такого уязвимого друга. Вот и сейчас он беспокойно протопал до ворот, прошуршал хвостом по каменному полу и вернулся на прежнее место, вновь улегшись и подняв взгляд на отверстие в стене, через которое было видно небо. Еще залитое солнцем небо. Но оно обязательно потемнеет, зажгутся звезды, и человек войдет в ворота, чтобы добродушно посмеяться над своим летуном и его тревогами. Да, именно так и будет. С этого мгновения Гор уже не отводил взгляда от окошка, следя за неспешным течением времени.