– Нет!
– рявкнул Стафорд. Он с трудом отступил от светлоголового оборотня, шумно фыркнув.
– Что Ари… хм, что она отправила?

Дерек медленно, ни слова ни говоря, протянул ему стеклянный кристаллик на тонком шнурке и маленький конвертик с подписью: «Главе белой стаи». Внутри кулона плескалась пара черных капель и маленький цветочек скальника, а в коротком послании чернела лишь пара строк:

«То, что знаете вы, должно остаться с вами. Одну каплю растворить в чаше, сделать только глоток»

– Противоядие сыворотки НинГарто, - улыбнулся барон и рыком, призвал Аго.

Молодой оборотень появился в дверях немедленно. Настороженно, глядя на главу стаи, он вошел и остановился рядом с Лисом:

– Да, мой барон?

– Одну каплю на чашу, сделаешь только глоток. Остальное в сосуд и принесешь мне вместе с этим, - произнес он, вручая парню кристаллик.
– Как сделаешь, можешь начать говорить.

Уходил Стафорд неспешно с улыбкой, прислушиваясь к дальнейшему диалогу между собратьями, потому что он должен был быть уникальным. Несколько секунд ни молчали, а вот потом:

– Стаф на тебе сыворотку испытывал?
– Дерек не скрывал удивления: - Почему?

– Скорее за что, - тяжелый вздох и исключительная правда в ответ, - я не вовремя похвастался, что первым вез Аришку из города Берита в Черхи.

– И что еще он у тебя выведал?

– Все, - сочувствуя, признался парень.
– Так что, не стоит рассказывать ему, как ты Аришку мазью покрывал в охотничьем домике близ деревеньки Ажуг…

На этом месте барон сбился с шага и замер. Что? Когда успел?

– А ты откуда…?
– прошипел Лис, запоздало закрывая двери в библиотеку.

И все равно от чуткого слуха варвара не скрылись их следующие слова.

– Так Лер сегодня тоже разговорчивый, - удрученно вздохнул молодой, - с утра Тимуре в любви признался, потом сказал, что она отвратно готовит и храпит… И там такой скандал был.

Проклятье! Белый варвар смущенно потер затылок. Он о брате близнеце совсем забыл. Бедолага, наверняка до сих пор прячется от разъяренной горничной.

***

Патайю посватали на следующий день после нашего возвращения. Правду сказать, Саттори примчался бы и раньше, вот только в отсутствие сына градоправитель Берита отказался сватов принимать, а мы с младшим, как назло задержались на семь суток, вместо четырех. Датог пусть и был под действием моей мази, а все равно от езды очень быстро уставал, хоть и вида старался не показать. И стараниями этими чуть ли не сделал себе хуже. Что ж… там, где он не желал признавать свою временную слабость, больной и изможденной претворялась я. Правда, недолго. На втором же привале он мою уловку раскусил, поймал якобы смертельно уставшую за купанием в озере. Дождался моего выхода из воды и, как истинный Суровый, долго и нудно пугал опасностью моих необдуманных действий.

– Ты хоть представляешь, что с тобой могут сделать, встретившиеся среди ночи мужики?!

– То же самое, что и мужики, встретившиеся среди бела дня, - отмахнулась с улыбкой. На тракте вдоль равнины Нариви было на удивление безлюдно, не то, что охотники, даже торговцы не встретились.

– Вторые постыдятся, а вот первые - нет, - разгорячено заявил он.
– Ариша, если тебе собственная шкура не дорога, то пожалей хоть идиотов, которые могут тебе встретиться!

– Как «пожалей»?
– удивилась я.
– Это что получается, если они мне встретятся, то я их еще и жалеть должна после… всего, что может произойти?

– А то! Оборотни, знаешь ли, от таких глупцов мало что оставляют после недели пыток.

На мое возмущение: «А причем тут волки?», он махнул рукой со словами: «Ой, темнота!», так ничего и не разъяснив.

С тех пор я все чаще ощущала внимательный взгляд Суро на себе, если ко мне подходил хоть кто-то из мужчин. И неважно молодой или старый, рыжий книгочей обязательно подходил ближе, чтобы спросить все ли у меня в порядке.

Вот как сейчас, когда я мягко отказала вдовцу Терентию в танце. На свадьбе молодых с ним потанцую. А сегодня в день дачи клятв перед родными, имею право побыть в стороне от веселья. Потому как после готовки и накрытия столов только и могу, что сидеть и улыбаться. На большее сил уже не хватает. Не прошло и пяти минут, будущий градоправитель Берита сел за стол подле меня.

– Как вечер проходит, хорошо?

– Да, вечер замечательный, - я посмотрела на танцующие пары, немного им завидуя. Хорошо тем, кто нашел свою душу, они уже ни в чем не сомневаются, в отличие от одиноких. Вот уж где разгуляй неясных тревог и пустых переживаний на тему: «А вдруг не найду».

– Как интересно ты улыбаешься…

Я перевела взгляд на младшего Суро и удивленно подняла бровь:

– Что?

– Улыбаешься загадочно, - повторил он.

– Смотрю на Патайю, и сердце радуется, - не стала я скрывать.
– Сатори ее любит без притворства…