— Деньги, это хорошо, — Ракитина зачесала рыжую чёлку за ухо. — Но я не хочу иметь ничего общего с Анной Григорьевной и ей подобными.

— Тогда ты работаешь не там. Ещё молодая, жизни не знаешь. Все лгут и берут взятки, иначе не прожить. Постулаты нашего президента о борьбе с коррупцией, создания всяких комитетов — сказки для дурачков. В одно ухо влетело, из другого вылетело. Подумай-ка, а завтра дашь ответ.

— Не о чем думать.

— Тогда к вечеру жду объяснительную, — Сидрова надела очки и вернулась к письму отделения, — попроси Ольгу Николаевну зайти ко мне до обеда.

— Да, ей как раз не шубку не хватает…

— Что?

— Нет, ничего.

Интуиция подсказывала Нине, что утром Анна Григорьевна придёт, но не к ней, а к соседке. И пусть. Пусть та подделывает документы и улыбается, как лисица вороне с куском сыра в клюве.

Около кабинета собралась толпа. Предприниматели. Трое специалистов, занимающиеся самой многочисленной категорией плательщиков, не успевали проконсультировать всех. Большинство клиентов терпеливо ждали очереди, амбициозные пытались сыграть под дурачков и пробраться к другим инспекторам. Людей не волновало, что службы занимаются разными вопросами.

Трое метнулись к Нине.

— Девушка, где мне найти квитанции?

— Этажом ниже, на полочках вертушки.

— Хочу встать на учёт, принёс все документы…

— Клиентская служба, пятое окно, живая очередь. Без талонов.

— Спасибо…

Не успела открыть дверь, как за плечо девушку ухватила клиентка. Тёмные очки на пол-лица, бархатный берет, из — под которого выбилась белокурая прядь, французский маникюр — похоже, в инспекцию пожаловал бухгалтер крупного предприятия.

— Наконец-то вы пришли. Объясните, как правильно заполнить отчёт? Моя организация входит в ваш диапазон.

— Если так, то пройдёмте.

В кабинете никого не было. Так думала Нина, пока не услышала за стеллажами шёпот и причмокивания.

— Ольга Николаевна, Сидрова просила зайти до обеда.

— Да… хорошо.

Нина громче включила радио. Странно, до обеда остался час, а Малютин и Кащеева уже уединись. А зашёл бы кто-то посторонний? Не скажешь, что заваривают чай.

Словно одумавшись, коллеги заняли рабочие места. Кирилл лениво настраивал приёмник, Ольга красила губы, украдкой поглядывая на сумочку посетительницы с монограммой на серебристом брелоке «LV».

— Присаживайтесь. Какие проблемы?

— Не могу рассчитать, сколько должна заплатить за квартал, — женщина сняла очки. Да, вот у кого Анне Григорьевне надо поучиться макияжу. Ярко, но в меру, хоть сейчас одевай клиентку в бикини и снимай для обложки мужского журнала.

— Доверенность…

— Я учредитель.

В папке Ракитина нашла хорошо знакомый документ: свидетельство о постановке на учёт в качестве индивидуального предпринимателя.

— Что вы меня обманываете? Сказали, что представляете организацию, а на самом деле — физическое лицо.

— Какая разница?

— Существенная. Другие ставки, иные показатели. Корректно вам рассчитают суммы в соседнем кабинете.

— Но там очередь! А у меня нет свободного времени, чтобы прозябать в коридорах!

— Простите, ничем не могу помочь, — инспектор вернула бумаги.

— Где найти вашего начальника?

— Этажом ниже, первая дверь справа от приёмной.

Дверной хлопок, и Нина удивилась, как из окон не вылетели стёкла. Китайский колокольчик — подарок плательщика Ракитиной на новый год — ударился о створку, слетел с крючка и серебристым солнцем упал на линолеум. Трубочки, как лучики, мягко переливались в свете ламп.

— Говорил, что вешать не надо, — считая пакетики, Кирилл выбирал, какой чай заварить: чёрный с бергамотом или жасминовый зелёный? — нет, захотелось экзотики. Динь-динь! Динь-динь!

— Тебе мешает?

— Нет.

— Тогда какие проблемы?

— У меня — никаких. А ты опять дров наломала.

— Сам бы её отправил. Только за утро четверых предпринимателей к соседям послал.

Месяц не прошёл, как Нина отказала Кириллу. После попытки силой затащить за шкаф Ракитина перестала общаться с Малютиным. Тот не упускал случая насолить и придирался к любому слову. Как он уложил в постель Кащееву, предпочитавшую мужчин с представительскими авто и платиновыми картами, осталось тайной за семью печатями.

Девушка бережно подняла подвеску. Медные нити разошлись, и украшение развалилось. Странно, инспектора больше расстроил сломанный колокольчик, нежели объяснительная записка и лишение премии.

По распоряжению начальницы до обеда надлежало отработать список крупнейших неплательщиков, но Ракитина старательно скручивала проволочки. Стоило в перерыв открыть окно, кабинет наполнялся мелодией ветра. Полчаса чудесной музыки, и мрачные думы рассеивались, как облако в погожий летний день. Ещё несколько минут, и подвеска станет целой.