На ней чёрный обтягивающий боди из мягкой кожи с молнией в промежности. Она расстёгивает молнию, освобождая вход, и насаживается упругой вагиной.

Он не так представлял себе потерю девственности. Он лежит в белой блузке, юбке, закинутой вверх, чулках, зарывшись на подушке в густых каштановых волосах, чужих. Вика в кожаном закрытом боди насаживается сверху, доводя его до оргазма. Он хватает её за попу, пытаясь проникнуть глубже, вколачивая член энергичными ударами. Вика вырывается, спрыгивает, стягивает презерватив и заканчивает ротиком начатое. Потом поднимается к нему, чтобы поцеловать:

«Ты моя девочка», - рисует в воздухе.

«Я твоя девочка», - рисует в ответ, улыбаясь.

Она наклоняется и прилипает к его губам, выливая полный рот спермы. Его спермы.

###

Вика приучала Роберто глотать сперму. Поначалу он противился, пытался выплюнуть, но жёсткий ультиматум - глотай или до свидания - заставил его подчиниться. Она приходила к нему в том же закрытом боди, снимала сливки, заливала сливки обратно. Её пальчик уже активно разрабатывал волосатый анус Роберто, подготавливая его, разминая перед боем. В следующий раз Вика принесла с собой мягкий стрэпон, пустой внутри. Во время секса она часто возбуждалась - скрывать эрекцию под боди становилось всё сложнее. Стручок полностью вошёл в стрэпон и находился там всё время, пока она каталась на лошадке.

«У меня больше», - шутил Роберто, сравнивая длину их членов.

Она улыбалась в ответ и рисовала буковки в воздухе:

«БДСМ».

Затем надевала ему повязочку на глаза и связывала руки за спиной. Роберто был не против. Он научился проглатывать и забывать. Научился заниматься сексом по принципу «ты - мне, я - тебе».

«Однажды, - надеялся он, - она захочет оставить моё семя в себе».

Вместо этого Вика снимала стрэпон и незаметно выгоняла грязную шлюху погулять в презервативе. Затем не спеша доставала для неё девственника.

Шлюха хлюпала разбитой вагиной, принюхиваясь, засовывая грязные пальцы в текущую промежность, выпячивая огромную бородавку-клитор. Там, за резиновым стеклом презерватива заботливая хозяйка работала ротиком, чтобы достать ей невинного юношу. Когда Вика сводила их вместе у себя во рту, шлюха одаривала подростка мокрыми поцелуями, обсасывая и вылизывая его молодой пенис, затрахивая девственный анус чёрными длинными ногтями. Развратив юношу, она подтягивала подол юбки повыше, обнажая жирный целлюлитный зад, затраханный тысячами клиентов, и спускалась с молодым любовником по верёвочной лестнице в желудок Роберто.

###

Казалось, эксперименты Вики не имеют границ. Если бы не безумная любовь к ней, Роберто давно бы остановился. Вика с каждым разом становилась всё активнее и агрессивнее. Теперь она трахала его стрэпоном по полчаса. Он кончал в первые пять минут, потом наступала её очередь. Закончив, она валилась с ног, обессиленная, но довольная. Его анус гудел, как водопроводная труба. В такие моменты он думал о том, как заставить Вику обратиться за помощью к психологу.

Чего он не знал и не мог знать, было то, что она больше не пользовалась стрэпоном. Пока он лежал с завязанными руками и глазами, она смазывала его натренированный зад, закидывала юбочки - его и свою, - до конца расстёгивала молнию боди и пользовалась всеми привилегиями слабой половинки. Грязная шлюха, не стесняясь, трахала молодую расфуфыренную тёлку, осеменяя её раз за разом.

Роберто красил губы, и твёрдый, как сталь, стрэпон, очень реалистичный, тёплый и мягкий, стал всё чаще попадать ему в рот. Вика учила его сосать. Он по-прежнему делал это со связанными руками и глазами, но уже не обращал внимание на нюансы.

Всё закончилось неожиданно: грязная шлюха соблазнилась на ласки молодого ухажёра, ослушалась хозяйку и выскочила к любимому.

Нельзя осуждать действия, совершённые шлюхой в порыве страсти. На то она и шлюха, чтобы следовать инстинктам, а не велению разума.

Роберто проглотил её по инерции, по привычке, выработанной за месяцы общения с Викой. После этого случая он исчез и больше никогда не появлялся.

24

Она мечтала о любви, чистой, безоговорочной. Не стеснённой обстоятельствами пола, ориентации, не обременённой постоянным страхом разоблачения.

Съёмки на студии подошли к концу, и ей ненавязчиво предложили другую работу - более востребованную, менее притязательную.

Потеряв Роберто, она потеряла равновесие и легко согласилась стать комплиментом в «Резиновом Замке», встречать гостей, подносить напитки, разогревать публику.

Вика приходила в «Замок» к шести вечера. Только чтобы натянуть костюм из латекса молочного цвета и корсет с красной шнуровкой на спине требовалось не менее получаса. Затем ещё полчаса, чтобы натереться лаком до зеркального блеска, накрасить губы и глаза. Костюм как сгущённое молоко обволакивал её с ног до головы, прорези в маске - единственное, что связывало её с внешним миром. Наконец она надевала лакированные красные туфли на высокой платформе и парик из натуральных волос пшеничного цвета, длинных, слегка вьющихся.