Шрифт:
Потом компания подошла к небольшому бараку. Лола коротко постучала, и не дожидаясь ответа, вошла.
– Господа, - поднялся мужчина им навстречу, - добро пожаловать!
– Спасибо, Мэни, - ответил Гай.
– Доброго здравия тебе!
Оба тут же по-братски обнялись, а потом этот самый Мэни поцеловал руку Лоле.
– Вы как всегда прекрасны, госпожа, - обворожительно улыбнулся он.
– Ну ладно тебе, - слегка засмущалась Королева Воров, - я так же прекрасна, как искусна в воровстве.
Тёмно-синие глаза Мануэля блестели, он не переставал улыбаться колдовской улыбкой, но стоило ему перевести взгляд на Эллу, то выражение его лица стало озадаченным, а потом он усмехнулся.
– А вы, должно быть, та самая Элла - молодая магиня, которая убила господина Нарика.
– Да, я Элла, - всё остальное девушка проигнорировала, - а вы - магистр Мануэль Даарон. Жаль, что вы больше не преподавали к тому моменту, как я оказалась в Вилской Магической Академии.
– И почему-то я ничуть не удивлён вашей осведомлённости, - слегка улыбаясь, сказал магистр Даарон.
– Как и я вашей.
– Ну да ладно, - вмешался Гай, - а теперь приступим к самому главному. Элла - наш новый сотрудник, она согласна работать на нас. Предложенная сумма удовлетворила её, и поэтому, Мэни, оставляю госпожу магиню на тебя. Твоя задача просветить, объяснить, ну а потом, с несколькими из людей отправить к нам. У нас есть важное задание для тебя, Элла, - теперь Гай обращался к девушке, - но прежде, отдохни немного в лагере Мануэля.
– Хорошо, дружище, я всё устрою, - заверил Мануэль Гая, - можешь не переживать.
– Ты просто сокровище, Мэни, - кокетливо сказала Лола, подмигнув мужчине.
– Ну, а теперь, нам нужно отправляться обратно, пока не стемнело.
– Сегодня приём у графа Аррада, - пояснил Гай, - и наша Лола собралась утащить его брюлик, что тот хранит в своём надёжном сейфе, - усмехнулся парень.
– И украду, - облизнулась Лола, как кошка, которая увидела сметану.
– Ты как всегда, моя дорогая, - Мэни поцеловал руку Лолы.
– Стараюсь, - улыбнулась она в ответ.
– До встречи! Элла, через несколько дней ждём тебя в городе.
– Парни Мануэля доставят тебя в нашу резиденцию, - сказал Гай, направляясь вслед за подругой на выход.
– Удачи вам тут!
И эти двое ушли. Мэни перевёл взгляд тёмно-синих глаз на Эллу. Лицо его вмиг посуровело. Он близко подошёл к магине, так что той пришлось запрокинуть голову.
– Ну что, Элла, - строгим тоном начал он, - расскажешь в какую передрягу ты попала? Вид, ну точно из мясорубки!
– Вроде того, - хмыкнула в тон девушка.
– Больше мне нечего сказать.
– А Нарика за что?
– свёл вместе свои чёрные брови Мэни.
У Эллы опустились плечи. Как же достали с этим Нариком.
– Сам виноват, - криво улыбнулась Элла.
– Ещё вопросы?
– Да, один, - магистр прикрыл глаза, потом по его совершенным губам расплылась улыбка.
– Как я могу отблагодарить тебя за его кончину?
Тон мужчины резко сменился на весёлый, глаза засверкали озорством, когда он их открыл.
– И тут я понимаю, что слухи в Академии о вас были правдивыми, - немного расслабилась Элла.
– А какие были обо мне слухи?
– не переставая обворожительно улыбаться, Мэни шагнул ближе, и оказался почти вплотную прижатым своим мощным телом к маленькому Эллиному. Он явно был выше Гая, и ещё она отметила, что его очень чёрные волосы отливают синевой, которые, в сочетании с тёмно-синими глазами, делали его каким-то не совсем реальным.
– Эээ, - девушка отступила, а мужчина рассмеялся.
Мануэль обошёл Эллу и сел за свой стол.
– Приятно познакомиться, Элла! Добро пожаловать в мой лагерь!
Глава 4
Спальные покои на четвёртом этаже были сплошь завешаны тканью. Тёмно-бордовый и чёрный шелка на стенах и окнах, балдахин над огромной кроватью так же был из нежнейшего, но мрачного оттенка, шёлка. Напротив большого зеркала, инкрустированного драгоценными и полудрагоценными камнями, сидела молодая женщина. Чёрные волосы мягкими волнами спускались по изящной спине до самой поясницы, а кожа, молочно-белая, без единого изъяна. Она протянула руку к отражению, длинные острые ногти царапнули поверхность зеркала. Девушка знала, что идеальна, но чёртов шрам, тонкий, еле заметный, тянулся от самой левой скулы к краю губ, и, как ей казалось, портил всё. Она уже давно привыкла к своему обезображенному лицу, но не могла свыкнуться с мыслью, что до сих пор не отомстила за своё уродство.
Фэй провела кончиками пальцев по своим пухлым губам, по шее и спустилась к высокой груди. Даже несмотря на всё совершенное в ней, она была уродиной. Она носила чёрную металлическую маску, она меняла любовников одного за другим, но в душе всё равно оставалась пустота. И ничем нельзя было её заполнить, даже убийства ненадолго дарили эйфорию, и потом снова появлялось сосущее чувство какой-то непонятной тоски и холода. Но убивала она не просто так, убивала всегда за дело. Ну, или тех, кому "посчастливилось" увидеть её без маски. Фэй рассмеялась, громко и от души, смотря в своё отражение. В голове билась мысль: "Проклята!", и ничто не могло этого изменить.