Удалов поставил горшок с цветком на землю.

– Не узнали там у себя, кто такие крупики? – спросил он.

– Нет, не успел, – ответил пришелец. – Такой трагедия. На нас с вами весь надежда.

Он принялся быстро обрывать с веток красные бутоны.

– А весь горшок брать не будете?

– С горшком мне сквозь пространственно-временной континуум не прорваться. Нет такая возможность.

– Я бы знал, сам оборвал. А скажите, крупики – это не белки?

– Нет. Я полетел. Большой спасибо. Знаете что, наш планета будет ставить вам один большой памятник. В три роста. Я уже делал фотографий. Вы идете сквозь дождь и буря, а в руке у вас красный цветок.

– Спасибо. Одна деталь только, если вы не возражаете. Понимаете, какая история получилась: я все свои деньги на этот цветок истратил, а мне завтра взносы платить.

– Ой, какой есть позор для наша планета! Конечно, все деньги я тебе давай. Совсем забыл. Вот, держи. Доллар. Три тысячи доллар.

– Да вы с ума сошли, – возразил Удалов. – На что мне доллары? Мне нужно двенадцать рублей. Точнее, одиннадцать рублей и девяносто копеек. Если считаете, что я много заплатил за цветок, сами понимаете – такая срочность. А красная цена ему – рубля четыре с горшком.

– Красный цена ему – сто миллион ваши рублей.

– Мне лишнего не надо. Мне хотя бы рублей восемь.

– Бери доллары, – суетился пришелец. – Другой деньги со мной нет. Через три года снова удачный положение планеты, и я приеду и тебе даю рублей. А сегодня бери доллар.

Удалов хотел было возразить, но пришелец сунул ему в руку пачку хрустящих бумажек, крикнул:

– Спасибо! Фотографий памятник привезу со следующий визит!

И исчез.

Удалов вздохнул и пошел домой.

Ксения ждала его, не ложилась спать. Она встретила его упреками и не дала раздеться, требовала, чтобы сознался, с кем ходил на свидание.

– Да не было никакого свидания, – сказал Удалов, думая при этом: «А может, крупики – это вовсе слоны или леопарды? Ведь неизвестно, под каким деревом этот серенький ушастенький сидит. Может, под баобабом?»

– Стоит из дому уйти, – волновалась Ксения, – тебя уж и след простыл.

– Не волнуйся, – ответил Удалов, все еще думая о крупиках.

– А что у тебя в руке? – спросила Ксения, глядя на пачку долларов.

– Это так, доллары.

Удалов протянул жене деньги.

– Дожили, – сказала Ксения и заплакала.