Двое мужчин, занятые препираниями, шли следом за шествующей впереди Сакурой и совсем не заметили «перемен». Девушка шла на высоких каблуках, но едва ли могла усомниться в том, что потеряет равновесие или шлёпнется на лестнице, как это случилось двумя годами ранее. Она выглядела уверенной в себе, взрослой и смелой женщиной, которая отныне по праву называлась дурнушкой Учих.

Дойдя до дверей, Харуно не стала дожидаться, когда ей их откроют. Она самостоятельно справилась с таким заурядным дельцом, одним движением открыв себе путь. В небольшом коридорчике, который Ближайшее Окружение ласково называли «предбанником», в длительном ожидании теснились десять человек. Все первым делом обратили своё внимание на дурнушку, которая счастливо улыбнулась им всем сразу.

— Теперь чёртова дюжина в сборе, — промурлыкали братья Зетцу в унисон, мигом оказавшись возле Сакуры и в знак уважения по очереди почтительно целуя её руку. Девушка не была голубых кровей, а потому не выносила всех этих «почестей» и, следуя своей врождённой простоте, обняла близнецов.

— Оу, Сакура! — Улыбка Дейдары расплылась по всему лицу. — Перемены тебе к лицу.

— Дейдара! — радостно вскрикнула Харуно, бросившись блондину на шею. Вечно занятый делами Австралии, Тсукури ни разу ещё не приехал в Мортэм, дабы навестить своих обожаемых друзей и любимую подругу. Сакура отчего-то была уверена, что и в этот раз блондин не объявится. Его приезд стал безусловно радостной вестью для дурнушки.

— Ну-ну, — мило хихикал Тсукури, нежно обнимая её за талию, но старался не переусердствовать. Учихи ведь могут и приревновать!

— Согласен, — усмехнулся Хидан, когда Сакура оторвалась от блондинчика. — Перемены тебе к лицу, — и он повторил приветственные действия братьев Зетцу.

Пейн, Конан и Какузу ограничились лёгкой улыбкой, а вот Кисаме, Сасори и Нагато дружно оценили татуировку маленького ромбика, отметив, что выглядит новшество весьма и весьма кстати. Итачи с Саске прищурились, не понимая, чему так восторгается Ближайшее Окружение.

— В чём дело? — не понял Саске, который, кроме спины Сакуры и добрых улыбок своих подчинённых, не видел ни зги. Итачи даже вперёд выступил, в нетерпении узнать причину радостных возгласов.

Сакура обернулась и мягко улыбнулась, убирая за ухо выбившуюся прядь розовых волос. Двое Учих замерли как вкопанные, не веря собственным глазам. Они и подумать не могли, что забавная шутка и несерьёзное желание могло перерасти в татуировку на лбу.

— Распишитесь — получите, — звонко засмеялась Сакура, подходя к братьям Учиха и хлопая своими большими, выразительными, любящими глазами.

— Добро пожаловать в Ближайшее Окружение, — торжественно произнёс Итачи, распрямляя одну руку и убирая другую за спину, как истинный аристократ. Его изящное движение стало пригласительным встать вперёд колоны и повести всех остальных за собой.

— Укажи нам путь… — мягко улыбнулся Саске, полностью поддерживая брата и тем самым подводя черту под их тридцатиминутным спором.

Сакура застенчиво улыбнулась и целеустремлённо посмотрела на парадные двери, украшенные маленькими огоньками. За её спиной все двенадцать человек встали в колонну по двое. Никто не сводил глаз с дурнушки. Никто не мог нарадоваться тому, что теперь она прошла своеобразный обряд посвящения и стала одной из них.

— До начала десять секунд, — торжественно объявил Пейн, взглянув на электронный таймер над парадными дверями.

Сакура про себя считала эти секунды и в гробовой тишине готовилась переступить порог очередного этапа своей жизни. Для неё этот ромб на лбу и первенство колонны было символом её взросления. Теперь она не замызганная девочка-официантка из грязной забегаловки. Не бояка, страшащаяся собственной тени. И не просто пленница своей жизни. Отныне она боец, прошедшая через все девять кругов Дантова Ада. Свободный человек, который сам плетёт свою жизнь из тонких паутинок событий. Сакура Харуно — дурнушка семьи Учих. И это безобидное прозвище стало её визитной карточкой — её силой.

Двери открылись, и яркий свет тысяч огоньков, лампочек, гирлянд и прожекторов ударил по привыкшим к полутьме зелёным глазам. Сакуре вспомнилось, что три года назад в эти самые мгновения её ноги подогнулись, стали ватными и непослушными, тело отказало ей в функциональности, а паника волной захлестнула её. Тогда она зажмурилась, дабы избавиться от световой атаки, а сейчас даже не моргнула.

Дурнушка стёрла с лица все эмоции, уподобляясь в этом всем тем, кто следовал за ней, и твёрдой, грациозной походкой направилась вперёд, слегка покачивая бёдрами. Полы платья тянулись за ней, а потому колонне пришлось немного отстать. Это выглядело как демонстрация важности и неповторимости ведущего.

Стоящие по обе стороны, доверенные подчинённые семьи Учиха во все глаза смотрели на розовые локоны Сакуры и ромб на её лбу. Гробовая тишина и восхищённые взгляды сопровождали шествующую впереди дурнушку и следующих позади двенадцать человек её Ближайшего Окружения.

Братья Учиха тенью ступали за своей грациозной дамой, позабыв обо всём на свете, кроме распираемой их гордости за Сакуру. Им нравилось смотреть на то создание, которое они сами вырастили и выходили за три года. Это было их творение. Непревзойдённое и единственное в своём роде учиховское творение, относящееся к искусству.