Перекинувшись еще парой слов, господа-учёные закрыли блокноты и устремились к двери. Я поднялась со стула и последовала их примеру. Прямоугольный проход процедил через себя дружную компанию сотрудников и те расползлись, словно насекомые, по холлу каждый в свою сторону.

– Ада!

Я обернулась. Оскар. Лёгкая улыбка кривила губы парня. Подождала, пока он поравняется со мной. Оскар сотрудничал с компанией лет пять, и всё это время не могла понять, как к нему относиться. С одной стороны – душевный молодой человек, красавчик, но с другой… С другой я чувствовала опасность, словно общалась с хищником, облачившемся в шкуру ягнёнка. Невольно поёжилась, когда он приблизился ко мне, и в который раз за время знакомства одёрнула себя и улыбнулась.

– Я хочу кое-что обсудить с тобой, - начал Оскар, но замолчал.

Возникла пауза. Мысленно отругать этого милашку за нерешительность. Торопить с разговором не решилась потому, что сразу смекнула – это личное. Секунды тянулись, а я смотрела на бледное лицо молодого человека, трепещущие длинные, будто у девушки-кокетки ресницы и ждала.

– Ада, я подал прошение об отпуске на пару недель, - возобновил разговор Оскар.

Я мысленно послала хвалу всем известным Богам планеты Земля, и даже тем о которых не знала. Наконец, топтание в коридоре закончится. Кивнула парню и улыбнулась, побуждая продолжить растянувшийся разговор.

– У меня родился ребенок, сын и… Отношения с матерью мальчика сложные. Хочу отправиться к ней, утрясти ситуацию и возможно решить еще кое-какие проблемы.

Похоже это все признание. Аллилуйя! Я еле удержала мину холодности на лице. Вздохнула и произнесла:

– Хорошо. Ты присутствовал на собрании или пропустил всё, что там обсуждалось мимо ушей? Сейчас нужно сконцентрироваться на работе и попытаться в короткие сроки изложить план взаимодействия всех сотрудников с необычным потенциалом. И…И почему вы с той девушкой не вместе если у вас общий ребёнок? 3/4 выпалила я и в упор посмотрела в очи Оскара.

– Это долгая история, - отмахнулся парень и уставился на стену холла.
– Я виноват перед ней, и… Она теперь одна из нас, из людей моря. Я сделал это против её воли.

– Так это возможно?!
– взревела я и вытаращила глаза на собеседника.

– Есть легенда и …Короче, это сложно объяснить и ещё трудней понять. Моему роду повезло тем, что наша тайна приоткрыта. Вот и всё. В остальном нужно изучить древние фолианты или заняться простейшими этнографическими исследованиями, чтобы разобраться в феноменах Виктории и твоём. Как думаешь, этого достаточно руководителю проекта для устного предложения по работе от моего имени?

– Вполне, - кивнула я.

Оскар, воодушевленный предстоящим отпуском, что-то еще говорил о своей женщине и желании её увидеть, а я углубилась в свои мысли. Вполне возможно он прав и есть те, кто может стать такими как мы, а не родиться особенными. Морскому народу действительно повезло, что сохранились упоминания об их существовании. Но что касается моего дара, то всё гораздо сложнее. Собственно как и Викин талант к воздушной стихии.

– Я поняла твою мысль и попытаюсь правильно обосновать вынужденный отпуск перед Ивановым, 3/4 произнесла я.

Слово: «вынужденный», проговорила с нажимом. Затем помешкав, продолжила:

– Также доложу о твоих соображениях. Возможно, в них кроется разгадка нашего существования, или это желание быть не одинокими в этом мире. Найти свое племя, почувствовать себя, как все.

– Спасибо тебе. Отмолю свои грехи перед Мариной и вернусь. Обещаю ускориться, - заверил молодой папаша и просиял, а я напряглась.

Черты лица Оскара заострились, и мужчина стал похож на акулу. Возможно, это воображение пририсовало ему это сходство, но мне всё равно не по себе. Парень обладал даром, который ничуть не уступал моему. Он чувствовал себя в солёном море «как рыба в воде», причём в прямом смысле этого выражения.

– Надеюсь, твой грех будет прощён, 3/4 хмыкнула я.

– Говорят, все грехи искупаются, нужно только правильно их загладить, - парировал развеселившийся Оскар.

– Есть такие проступки, что для их исправления целой жизни мало. Ладно, беги к своей ненаглядной.

– Пока.

Оскар быстро пересёк холл и устремился к лестнице, ведущей на пирс.

– Счастливо тебе, грешник, - тихо прошептала я.

Кабинет встретил меня искусственным светом и белыми стенами. Фон кипенных обоев прекрасно контрастировал с мягкой мебелью алого тона, и черно-белыми фотографиями в рамках угольного цвета.

Помню, реакцию Петра Анисимовича на решение обустроить рабочий уголок. Старичок обрадовался, что моя неуёмная натура будет занята некоторое время и выдал кругленькую сумму денег на расходы. Отправил по магазинам, благословив на длительное отсутствие. Ремонт был сделан, и я пригласила профессора полюбоваться апартаментами. Пётр Анисимович раскрыв входную дверь, оторопел и, перешагнув порог, огляделся.

– Ну, как?
– ехидно улыбнулась я.
– Нравится?

– Ещё ка-а-ак!
– поперхнулся словами ученый муж.
– А ты уверена, что эти цвета располагают работе?