С геологами сложнее. Когда мы их спасли, они рассказали, что их похитили какие-то черти. И утащили в разлом в земле. По нашей просьбе этот разлом геологи нам показали. А если бы мы задание не брали, то разлома бы не нашли, хоть танцуй на этом месте. И «познание сути» не поможет. В разлом полезем завтра, а геологов по старой технологии забросили в ближайшую рощу порталом. Неписи, в отличие от игроков, не «стучат», поэтому нам неопасны. Отвели геологов к главе совета, получили по одному очку ума каждый. И то — дело.

Зашли в тихий переулок, огляделись, портанулись в окрестности задания «найти руду». Взяли форму пчёл и пошли опять в шахту. Это была моя инициатива. Я хотел проверить пару моментов. Главный: нетипичное, несценарное поведение некоторых неписей.

— Мы идём к Торусу.

— Опять? — удивилась Мила.

— Есть у меня мысли. Последнее время игра ведёт себя странно. Вспомни друида. И Торус вёл себя странно. В форме зомби. К сожалению, ты не видела. Он, как и Белах, принял меня за бога. Что где-то логично, но странно. Попытка, не пытка, как говорится.

— Шеф, давай разделимся, в три раза быстрее найдём?

— Приключения на свою задницу. Нет, сказал. Исповедуем осторожную стратегию. Точка.

Мы методично обследовали шахту. Избрали правило левого обхода и следовали ему. Пчёл гномы убить не могли — мы были слишком ловкие для этого. Какого-нибудь огненного дыхания, у них нет. Наконец, исследовав, судя по старой, из прошлого прохождения, карте, две третьих ходов, мы нашли Торуса. Имя его не изменилось. Атаковать я его благоразумно не стал. Принял форму человека, как и мои спутники. Он нас почувствовал раньше, поэтому уже стоял к нам лицом.

— Мы пришли с миром, — поспешил я «навести мосты», вытянул вперёд пустые руки.

— Я узнал тебя, бог. С чем пожаловал? Ты вчера должен был получить, что хотел. — Не совсем. Сначала прими от меня дары. Как бы не повернулся у нас с тобой разговор, дары останутся у тебя. — Я накрутил ему «магию воздуха» до 220-го, максимально возможного на сейчас уровня.

— Ох, — глаза гнома удивлённо округлились, нижняя губа отвисла, но он не решился ничего сказать.

— Теперь сила твоего «волшебного зеркала» стала намного выше. Если кто применит к тебе заклинание, то сам тут же от него умрёт. Если зеркало сработает. Вероятность срабатывания я поднять не могу, но у тебя она и так была высокая, так что… Чем богаты, как говорится.

— Чем же мне отдариться, Великий?

— Ну… Если не жалко… Я хотел бы иметь получше сопротивление магии. Своё былое могущество я растерял. Происки божественных родственников.

— Ха! — глаза гнома замерли, мышцы лица напряглись. — Как я тебя понимаю, Великий.

— Я поделюсь с тобой своей наукой с радостью, — действительно, мой открытый профиль подвергся живительному обучению. «Сопротивление» выросло до 26-го уровня. Круто! — Всё, Великий, извини меня, слабого, больше не могу. — Гном сокрушённо прижал руку с киркой к сердцу.

— Верю, друг. Я благодарен тебе. Могу я взглянуть? — я протянул руку к кирке.

— Запросто, — отдал без опаски кирку Торус.

Да, обычная кирка, ничего редкого. Без всего дополнительного.

— Знаешь, ты вчера опрометчиво дал попользоваться свою уникальную кирку мне. Я оценил — отличный инструмент. И мне безмерно жаль, что он будет пылиться у меня в оружейке, а ты будешь работать без удовольствия. Я бы хотел тебе её вернуть, — я вытащил из инвентаря вчерашнюю кирку Торуса и отдал. — И инструменту будет приятнее жить со своим хозяином, чем в гостях. Не откажи мне и кирке, — я улыбнулся.

— Ну конечно, — гном тоже улыбнулся в ответ, — всё ради кирки. Только ради неё. Ох, Великий…

— Ну, есть у меня ещё одна просьба. Хочу тебе представить своих друзей: Милену и Айвенго, — мои спутники кивнули. — Им бы тоже научиться сопротивлению…

— Нет! Я тебя уважаю, но — нет! Нельзя простым смертным людям такой навык давать!

— Почему это простым смертным? — с расстановкой произнесла Милене, — Торус, кто есть жена бога?