— Люди ведут себя иррационально, когда влюблены. Ты не можешь обвинять себя в этом. Кроме того, с моей точки зрения, это не ты облажалась.

— Правда?

Он улыбнулся:

— Ты сильная, красивая, удивительная женщина, София. Возможно, ты принадлежала ему год или два, но он тебя потерял. Однажды кто-то свяжет с тобой свою жизнь навсегда, и тогда этот кто-то выставит его дураком.

Я смотрела на него несколько секунд, стремительный поток необъяснимых эмоций разлился жаром в моем животе. Разговор о Конноре всегда приводил к гневу и смущению, но Себастьян каким-то образом смыл все это всего несколькими чудесными словами.

— Ну, с этим трудно поспорить, — произнесла я.

— Тогда не спорь.

Мы перешли на более легкие темы. Себастьян поведал несколько не слишком лестных историй о Томасе. Думаю, он просто пытался отомстить за «Локки». В целом такой опыт был чем-то вроде откровения. Каждый раз, находясь с ним, он открывал новую сторону себя, и должна признать, что Себастьян в лениво протекающее утро вторника быстро стал моим любимчиком. Насколько бы ни были изумительны наши занятия сексом, было приятно просто посидеть с ним и пообщаться. Вдали от любопытных глаз он казался более расслабленным; публичный образ Супермена был припрятан в гардеробе рядом с его дизайнерскими костюмами. Дома он был просто Себастьяном, человеком, который носит видавшую виды одежду, готовит яичницу-болтунью и произносит сладкие речи за чашечкой кофе. Более того, казалось, он непринужденно разделял эти вещи со мной.

Несмотря на сказанное Томасом и предыдущие дискуссии между мной и Себастьяном, было трудно не почувствовать как что-то изменилось. Последние две ночи, которые мы провели вместе, ничего общего со случайными связями не имели, и казалось невообразимым, что он не почувствовал это изменение так же, как и я. Слово «навсегда» прочно обосновалось в моем сознании. Я не знала, как мне воспринимать этот комментарий. Не притаилось ли в нем нечто большее, чем просто утешение? Часть меня хотела так думать.

После завтрака мы вернулись в спальню. Он велел мне не снимать его футболку и трахнул меня, зажав мои руки за спиной и нашептывая пошлые словечки о том, как сексуально я смотрюсь в его одежде. Не было ни наручников, ни паддлов, ни длинных веревок, только нерушимая сила его рук и бесподобное давление его члена. Этого было более чем достаточно.

Позже мы лежали в постели, прижавшись друг к другу, раскрасневшиеся, разгоряченные и блаженно удовлетворенные. Я отчаянно не хотела, чтобы это утро заканчивалось, хотя знала, что не могла задержаться надолго.

— Кто-нибудь когда-нибудь говорил тебе, что ты склонен выходить за рамки возложенных на тебя обязательств? — спросила я, подремывая на его груди.

Он начал гладить меня по плечу.

— В каком смысле?

— Ну, я поручила тебе взбодрить меня, но, видимо, тебя не удовлетворял такой расклад. Поэтому сейчас я за гранью бодрости. Серьезно, тебе не удастся это переплюнуть. Я бы сказала, что я на седьмом небе от счастья. Вы заслуживаете благодарность, сэр.

Его рука замерла.

— Рад, что ты чувствуешь себя лучше.

— В следующий раз я позвоню на работу и отпрошусь, прикинувшись больной, и посмотрю, как далеко мы сможем зайти.

Возникла пауза.

— В следующий раз?

— В следующий раз мы сделаем это. Девушка может привыкнуть к ночевкам и домашним завтракам.

Последовавшая за этим тишина, наверно, должна была поднять тревожный звон в моей голове, но я была слишком довольна, чтобы заметить неладное. Все, о чем я могла думать, так это о том, что у меня впервые возникло такое чувство, словно для нас каждая мелочь встала на свое место.

Как же я ошибалась.

Глава 10

Оказывается, мне не стоило волноваться, что меня снова отправят на скамейку запасных. Дело Райтов в очередной раз огорошило сенсацией, после того как объявилась новая партия жертв, так что нам пришлось наращивать свои усилия. В настоящее время на работе был полный аврал.

Участие в таком деле сулило захватывающие и немного пугающие перспективы. Прекрасная иллюстрация силы, которую могут пустить в ход крупные корпорации и которая может оказать давление, когда прибыль находится под угрозой. Я не понаслышке знала об алчности крупного бизнеса, но в их подходе присутствовала бездушность, которая даже меня делала помехой. Они были похожи на грузовик, спокойно двигающийся по заданному маршруту и игнорирующий все сигналы светофора. Большинству людей удавалось сойти с их пути, но кто не успевал, даже не удостаивались того, чтобы на них оглянулись. Их просто давили как клопов. Невзирая на боль и трудности, которые повлечет за собой данный судебный процесс, часть меня надеялась, что они откажутся пойти на мировую. Чем больше я читала, тем больше мне хотелось, чтобы «Колокольчик» раздавил их в зале суда.

Ситуация с Дженнифер не нашла своего продолжения, поэтому я решила, что она пакостила мне ради забавы. Я чувствовала себя немного глупо из-за того, что слишком остро отреагировала. Эта стычка была незначительным фактором в грандиозном ходе событий.

Я должна была радоваться, что, наконец-то, работала над проектом своей мечты, но я не могла насладиться им в полной мере. Что-то изменилось в отношениях с Себастьяном. У меня больше не возникало сомнений в том, что мои чувства к нему стали сильнее, но с тех пор как мы провели вместе утро, казалось, что он двигался в противоположном направлении.