Чуть повернув мою голову, он потянулся ко мне за поцелуем, который длился не одно мгновение. Я практически чувствовала исходящий от него тестостерон. Сообщение было предельно четким: мое. Это были его друзья, но все же он не мог не предъявить права на то, что принадлежало ему. Не знаю почему, но мне понравилось это проявление мужской ревности.

Трей откашлялся:

— Я тоже рад тебя видеть, Себастьян.

— Они оба вели себя как истинные джентльмены, — заверила я его. — Ты уже закончил?

— Не совсем. Есть еще один человек, с которым мне нужно переговорить, но он пока не подошел, поэтому я пришел узнать, как ты.

— Я в порядке. Просто узнала о тебе чуть больше, Локки, — сказала я, не в силах сдержать ухмылку.

Себастьян плотно сжал губы, после чего чуть заметно скривил их.

— Мне следовало сто раз подумать, прежде чем оставлять ее с тобой, Томас.

Он поднял руки, защищаясь.

— Эй, у меня просто вырвалось, хорошо?

Из комнаты на балкон вышел мужчина и подошел к нам.

— Господа. Не хотел бы кто-нибудь из вас расстаться с небольшой суммой денег? В игре освободилось место.

Я бросила на Себастьяна вопросительный взгляд.

— Большинство пятниц мы проводим за небольшой игрой в покер, — пояснил он.

— Я немного разбираюсь в покере, — ответила я. — Могу я посмотреть, как ты играешь?

Ребенком я провела не один пятничный вечер, наблюдая за тем, как мой отец и его приятели играют в карты. Игры всегда меня привлекали. Мне нравился сам вызов, при котором обыгрываешь соперника в рамках определенного набора правил. Думаю, именно поэтому я стала юристом. Когда мой отец понял, насколько я была всем этим увлечена, он отвел меня в сторонку и научил играть. В основном мы играли друг с другом, но иногда он позволял мне участвовать в игре с его друзьями. «Большой куш» – так он это называл. Со временем я научилась не уступать, хотя и не играла уже много лет.

Себастьян призадумался на секунду.

— Безусловно, почему нет. Извините нас.

— Конечно. Удачи, — ответил Томас.

Когда мы зашли внутрь, я наклонилась к Себастьяну и зашептала ему на ухо.

— Твои друзья, оказывается, занятные личности. Возможно, мне удастся заполучить для Рут сексуального венчурного капиталиста.

Он прыснул от смеха.

— Ты можешь ошибиться в выборе кандидата. Томас работает еще усерднее меня. Он целиком и полностью предан делу. По его словам, отношения только мешают. А Трея лучше вообще не брать в расчет.

— Жаль. Ну да ладно, еще не вечер. У меня достаточно времени, чтобы сыграть роль купидона.

Он только улыбнулся и покачал головой.

Мы последовали за мужчиной, пересекли зал и подошли к смежной с ним комнате. Внутри находилась группа мужчин, беседующих и громко смеющихся за большим карточным столом. Поверхность была завалена стопками фишек различного размера и цвета.

— Наверное, я должен сбросить карты, но… хрен с ним, отвечаю, — заявил один из игроков, когда мы вошли. Он был пожилым человеком, его волевые черты лица и ярко выраженный шотландский акцент напомнили мне Шона Коннери. — Что там у тебя?

Мужчин, с которым он говорил, несколько секунд молча разглядывал карты, после чего грустно улыбнулся.

— Ты меня сделал, — он отбросил свои карты к центру стола.

— Я так и знал! — взревел шотландец. — Не пытайся обмануть шулера, Джек, тебе не сойдет это с рук!

Некоторые игроки заметили наше присутствие.

— А, Себастьян, — сказал тот, кто сидел ближе всех, — пришел, чтобы испытать свою удачу? Кто-то должен прервать полосу везения Эвана, или мы никогда не положим этому конец, — он кивнул на пожилого мужчину, который в данный момент ухмылялся и сгребал стопки фишек с центра стола.

— Чем больше, тем лучше, — ответил Эван. — Его деньги не хуже, чем у других, — и тут он заметил меня. — Это твое секретное оружие, Себастьян? Твоя личная команда поддержки?

Я открыла рот, чтобы защититься, но Себастьян меня опередил.

— Успокойся, Эван. Она просто хочет посмотреть, — он повернулся ко мне. — Извини, просто попробуй его игнорировать. Он всегда такой, когда немного переберет.

Я по-прежнему чувствовала, что должна что-нибудь сказать, но не хотела устраивать сцен, поэтому бросила эту затею. Взяв за руку, Себастьян, огибая стол, повел меня к свободному месту. Я пододвинула барный стул и села позади него, слегка опираясь руками на его плечо.

— Так сколько ты ставишь, Себастьян? — спросил мужчина, который поприветствовал нас несколько минут назад.

Себастьян оглядел стол, оценивая стопки фишек других игроков.

— Думаю, пятьсот.

Несколько башенок из фишек были отделены и выставлены перед ним. Я совсем не это рассчитывала увидеть. Я представляла себе толстые пачки стодолларовых купюр, разбросанных по столу, как однодолларовые монеты, но все, похоже, было гораздо прозаичнее. Даже обладая необузданным воображением, эту игру нельзя было назвать незначительной – по моим подсчетам, у некоторых игроков перед носом стояли фишки в несколько тысяч долларов – но по сравнению с тем богатством, которым, как я знала, они обладали, на кон они ставили сущие копейки.