По аудитории прошелся удивленный шепот, а брови профессора сошлись к переносице.

— Ну, допустим, — протянул он и выпрямился в кресле. — Тогда докажите мне, почему я должен принять у вас эту тему?

— Доказать? — неуверенно переспросила я, понятия не имея, что он имеет в виду.

— А вы разве не слушали то, что говорили ваши одногруппники перед вами, Дэвис?

Стало ужасно неловко, и я почувствовала, как загорелись уши и щеки. Неужели, я так погрузилась в себя, что умудрилась прослушать новое задание? Сдавленно сглотнула и, прокашлявшись, начала:

— Моя тема актуальна, ведь мы делим с упырями наш мир уже на протяжении более века. К тому же, этот вид малоизучен и интересен, и я…

— Откуда же вы собираетесь брать необходимую вам информацию, раз этот вид так малоизучен? — перебил меня Браун.

Я проморгалась, судорожно пытаясь придумать ответ.

— У меня есть свои источники, — наконец, выдавила я.

Профессор какое-то время сверлил меня взглядом, а потом хмыкнул и сказал:

— Что ж, если у вас все получится, то мне было бы интересно послушать ваш проект. Можете садиться.

Я, не веря собственной удаче, на негнущихся ногах прошла к своему месту, чувствуя взгляды одногруппников. Они были ошарашены не меньше меня.

— Ну и тему же ты придумала, — присвистнул Реми, когда Браун уже начал мучить свою следующую жертву. — А правда, откуда собралась брать такую информацию? В книжках ее не прочесть.

Мне показалось, что Реми смотрит на меня с неким подозрением. Чтобы разубедить его в чем бы то ни было, я натянула улыбку, сказав:

— Недавно Константин заходил к нам на чай и рассказал, что им попался один очень болтливый упырь.

Рыжий удивленно округлил глаза.

— Да ладно? А почему раньше не сказала?

— Не хотела, чтобы кто-то украл мою идею, — хохотнула я и отвернулась, показывая, что отчитываться более не намерена.

— Боннар, к доске! — неожиданно скомандовал профессор, и, поднявшись, Реми поплелся в указанном направлении. Я затаила дыхание, искренне надеясь, что у него все получится.

Но Браун так раскритиковал предложение Рема, что мне стало стыдно за друга больше, чем за себя. Я похлопала его по плечу и прошептала, когда парень вернулся на место:

— «Изменение рациона тиссовцев» не такая уж и плохая идея.

— Да, она не плохая. Она «глупая, детская» и… как там он сказал? Ах, да, «абсолютно бесполезная», — ядовито пробурчал парень и скрестил руки на груди.

Я вздохнула и, откинувшись на спинку кресла, начала наблюдать за тем, как профессор смешивает с грязью очередного студента.

Незаметно пролетели почти две недели, за которые я полностью привыкла к обществу упыря. Мы негласно решили не вспоминать о неприятных моментах, и Алекс, кажется, стал вести себя более открыто. Каждый день я готовилась к проекту, сдача которого намечалась на середину июня, по крупицам собирая нужную мне информацию. У упыря, несмотря на наши более доверительные отношения, спрашивать что-либо не решилась, предпочитая самостоятельно делать свою работу. Профессор Браун каждый раз, когда я приносила проект на проверку, ворочал нос и говорил, что это не то, что нужно, и я каждый раз придумывала что-то еще. По вечерам мы, как и обычно, ходили в подвал и играли в Золотые руны. В один из таких вечеров, по возвращению домой, Алекс сказал, что его не будет всю ночь, а на утро вернулся улыбчивым и довольным. На горлышке его футболки я заметила несколько небольших красных пятен, но, скрепя сердце, закрыла на это глаза.

Так было нужно.

А потом настал день, вновь заставивший нас свернуть с привычной дорожки.

Проснувшись от привычного писка будильника, я обнаружила, что Кейси в комнате не было. Это меня удивило, ведь обычно я будила сестренку в школу. Протерев глаза и откинув в сторону одеяло, я поднялась с кровати. Все мышцы ныли после уроков Милковски, который решил поиздеваться над студентами под конец учебного года. Я поморщилась от тянущей боли и зевнула.

Внезапно дверь распахнулась и на пороге показалась улыбающаяся Кейси, уже причесанная и одетая. Лениво просыпавшийся мозг только спустя пару секунд заметил в ее руках шоколадный торт, и я удивленно приподняла брови.

— С днем рождения! — радостно воскликнула она, а я застыла, не в силах поверить в правдивость сказанных слов.

Это было потрясением. В первую очередь о того, что я совершенно забыла о своем празднике. Между тем Кейси уже успела подбежать ко мне и заключить в объятия, отставив руку с тортом в сторону.

— Сэмми, я тебя очень-очень люблю, ты ведь знаешь.

— Я тебя тоже, Кейс, — я обняла ее в ответ, прикрыв глаза. — Спасибо.

— У меня для тебя еще и подарок есть! — она отстранилась, хитро на меня глянув. Поставила торт на тумбу и прошла к шкафу, не прекращая говорить. — Я долго выбирала, не знала, какой тебе понравится. Но все-таки нашла лучший!

С этими словами Кейси обернулась и протянула мне завернутый в красную ткань продолговатый предмет. На ее лице блуждала такая предвкушающая улыбка, что я не решалась принять подарок, пока она не рявкнула:

— Бери, чего стоишь!

Под тканью оказался кинжал, при виде которого я восхищенно ахнула. Он был похож на тот, что я потеряла за стеной, но, в то же время, и близко не стоял с предыдущим дешевым ножичком. Посеребренный металл с красивыми узорами на рукояти, необычной формы гардой и аккуратной гравировкой «Саманта Дэвис» на лезвии. Было бы кощунством использовать такой кинжал в грубых целях!