– Я слышал весь ваш разговор. Если вы поверили хоть единому слову этого существа, значит, вы еще больший идиот, чем я предполагал.

– Вы шутите? О великие звезды, капитан! Да ведь она может отдать в наши руки целую планету. Только подумайте об этом: монополия на добычу триденита! Мы будем иметь бешеные деньги!

– У меня их хватает. Кроме того, на Тори нет никакого триденита.

– Что вы говорите? Откуда вам это известно?

– Я геолог, и внимательно изучил все материалы, относящиеся к геологическим изысканиям, которые хранились в файлах компьютера миссии. – Хэк презрительно покачал головой. Тупость Ттара начинала раздражать его. – Все, что мы видели на Тори, было голографической проекцией Вы понимаете, о чем я говорю? Никакого триденита нет и в помине. Город, его жители – и даже, возможно, атмосфера – все это было создано специально для нас. Вы понимаете, что мы видели перед взлетом? Вы помните это? Вот это и была настоящая планета. Этот чертов кусок выжженной каменистой пустыни и был настоящей Тори.

Ттар побледнел, видения неслыханных богатств вмиг улетучились из его разума. Но затем он понял: Хэк пытался перехитрить его. Этот парень хочет взять Тори в свои руки.

– Ладно. Хватит болтать. Марш в спальный отсек!

Рыжий агент медленно двинулся к люку. Ситуация осложнилась, но он найдет из нее выход. Еще не все потеряно. Хэк закрыл за Ттаром люк и включил блокировку запорного устройства. После этого он проверил, надежно ли закреплены ремни на Мейре, и, откинув спинку кресла перед пультом, улегся спать.

Пять часов спустя его разбудило жужжание сигнального устройства. Звездолет вышел на орбиту возле Стоунволла.

После обычной процедуры идентификации, которая прошла гладко, «Корсар» совершил посадку в автоматическом режиме. Данные для этого были введены в навигационный компьютер диспетчером космопорта. После посадки Хэк попытался установить контакт с Лондон.

– Извините, – ответил ему вежливый, безучастный женский голос, – но у нас не значится никого под этой фамилией.

– Тогда соедините меня с местным представительством Федерации.

– На Стоунволле нет представительства Федерации. Но… – добавила она, когда Хэк уже готов был дать выход своему гневу, – у нас есть представительство Правящих Домов Земли.

– Это одно и то же. Соедините меня.

– Один момент… пожалуйста.

Здесь ему пришлось столкнуться с тяжелой бюрократической рутиной, преодолевая сопротивления различных инстанций, сначала в лице грубого, заносчивого секретаря, а затем советника. Наконец, ему позволили поговорить с каким-то чиновником, который упорно отрицал свою принадлежность к Эс-Ай-Эй и требовал визуального контакта. Хэк вздохнул и нажал соответствующую кнопку коммуникатора.

– Хорошо, – ответил мужской голос. Хотя он теперь мог видеть Хэка, но взаимного жеста вежливости с его стороны не последовало, и экран коммуникатора перед Хэком остался пустым. – Мы свяжемся с вами.

Раздавшийся вслед за этим статический треск свидетельствовал о том, что связь прервана. Хэк выругался. Этот ублюдок даже не пожелал его выслушать.

К тому времени «Корсар» уже был принят на платформу подъемника, который опустил его в космопорт. Хэк выключил все приборы, кроме системы жизнеобеспечения, и пошел проверить Мейру После того, как он сделал ей еще одну инъекцию снотворного, она должна была оставаться под его опекой еще пару часов. Несмотря на то, что этот препарат не оказывал никакого воздействия на торианского паразита, тело, куда он внедрился, пока было лишено возможности выполнять его команды Даже если бы Мейра и не была привязана к креслу, она все равно не смогла бы двинуться с места.

Ттар ответил на вопрос Хэка ругательством, что нисколько не смутило последнего. Сколько бы Ттар ни злился, он оставался в заключении.

Корабль вздрогнул на платформе еще один раз и замер. Шум от лопастей работающих вентиляторов отчетливо слышался в тишине после того, как гул двигателей замолк. Еще раз окинув взглядом приборную панель, Хэк двинулся к выходу. Оказавшись снаружи звездолета, он включил блокировку люка и отправился искать помощь в другом месте, поскольку Эс-Ай-Эй не проявило интереса к тем, кто только что вернулся с задания. Он уже составил план действия – прежде всего ему нужна была лаборатория для синтезирования сыворотки для Мейры. Во-вторых, пока она будет приходить в себя, Ттара нужно сдать властям. В-третьих, до этого пункта плана он так и не дошел.

– Мистер Эндрюс? – раздался знакомый голос на фоне работающего мотора. Перед Хэком появился тот самый человек, который подвозил их с Мейрой к «Корсару». Он ехал на том же тягаче.

– Прыгайте сюда. Они ждут вас.

Вытянув вперед руку, чтобы включить передачу, человек повернул запястье с вытатуированной эмблемой Эс-Ай-Эй в сторону Хэка. Но тот уже и так все понял.

– Пожалуйста, расскажите нам все по порядку еще раз, мистер Кэри, – попросил седоволосый мужчина голосом, не допускавшим ни тени сомнения в том, что его просьба будет выполнена.

– Но вы уже дважды слышали мой рассказ! – раздраженно возразил ему Хэк, у которого терпение подошло к концу. В течение трех часов подряд он подвергался допросу, причем ему задавали одни и те же вопросы.

– Прошу извинить меня, но я должен идти. У меня есть куча других, более неотложных дел.

Взявшись руками за подлокотники кресла, он без каких-либо видимых усилий подбросил свое мощное, внушительных размеров тело вверх, игнорируя неприязненные взгляды двух сотрудников Эс-Ай-Эй, сидевших по другую сторону стола. Про себя Хэк уже твердо решил, что разделается с ними обоими, если они попытаются помешать ему выйти.