Все Мышеломкою зовут.

О ней услышал в детстве я,

Мне рассказала мать:

Не вздумай тоже чай создать,

А то придет беда.

От этой пакости, сынок,

Скончался твой отец,

Он бы как ты – большой гордец,

И вот, не повезло.

В один ужасный день и час,

Собрался папа твой,

Сварить великий чудо-чай,

Поспорить со судьбой.

Ингредиентов тучу он,

Враз намешал в котел,

Налил в отвар и то и се,

Смешавши в липкий ком,

Он добавлял растений сок,

И порошки и гон,

Веселых ампул перезвон,

Барбитуратов легкий ток.

О, это был всему венец:

Большой был мастер твой отец!

Вот знай, сыночек, он достиг,

Решенья своего, чай был готов,

Он выпил чай…

И с нами нет его.

В пылу страстей, среди огней,

Поникла голова,

И не заметил как его,

Вдруг Мышеломка забрала.

Тяжел рассказ, но правда он,

Как жуткой ломки перезвон.

О бойся, Мышеломки сын!

Мне говорила мать,

Она любого гордеца,

Способна обломать.

Среди цветов и ярких фей,

Чудесных грез сплетень,

Придет она, и над тобой,

Восстанет Мышеломки тень!

О мама, ты была права,

Уже не в первый раз.

Но дело моего отца,

Продолжу я сейчас.

Мне сниться чай, и мнится он,

В моем родном лугу,

И не попробовать его,

Теперь я не могу.

Колес цветастый паровоз,

В котел я отогнал,

Аниса корень, жаб принес,

Ядреный самопал,

Там белладонны на пару,

Кружились на лепестки,

Болиголов и волчий глаз,

Как средства от тоски.

Хинин, мышьяк и чайный гриб,

В обнимку с наждаком,

Псилосцибин и цианид,

Кипели там рядком.

Там редкий зверь болиголов,

И черный мухомор,

Поганка гиблая и мох,

Что вызывает мор.

И антидепрессантов ряд,

Включился в общий хор,

Аминазин и торазин,

Я над котлом растер.

Морфин там дико клокотал,

Снов испуская пар,

И перца красного пожар,

В отвар вдобавок пал.

О, что за дух, за аромат!

Проносятся часы,

Глаза мои, как день горят,

Топорщатся усы!

Немного этого, того,

Муры, тупизмов, ерунды,

И глупость сразу заодно,

Полфунта чепухи,

И побрякушек, лживых слов,

Туда наговорил,