– Как я могу отказать мужчине, который одним своим присутствием сводит меня с ума?
– ответила она.
– Я тебе вообще ни в чем отказать не могу!

– Значит, считай себя моей женой и слушай дальше. С твоей карьерой писателя придется завязать, и композитором ты у нас не будешь. Раньше я рассчитывал, что десять лет просижу в твоем теле, поэтому и придумал то, что ты могла провернуть одна. Теперь мы вместе, поэтому баламутить жизнь будем по-крупному и с большой выгодой. Слушай, что я предложил семье.

Он рассказал о своей идее вербовки солдат.

– И как ты себе это представляешь?
– спросила Вера.
– Сотни ребят найти можно, особенно с твоими вещицами, а где ты найдешь сотни тысяч? Нас с этой вербовкой очень быстро повяжут.

– Это если все делать в тайне, - засмеялся Артон, - а мы будем вербовать совершенно открыто. Только перед этим всех так повяжем, чтобы ни у кого не возникло мысли вязать нас.

– Твои знания?
– догадалась она.
– Но там одни идеи. Все равно повяжут, а потом ты сам все расскажешь.

– Я дома скачал чуть ли не всю нашу науку, - самодовольно сказал он.
– Все по искусству тоже записано, поэтому тебе не придется заниматься анализом музыки. Мы найдем партнеров и запустим в производство такие новинки, которые перевернут жизнь. Главное - сделать так, чтобы секрет технологий остался у нас. Это будут слишком продвинутые изделия, поэтому их никто не сможет воспроизвести. Тогда и объявим, что мы посредники между человечеством и некой развитой цивилизацией. Если хотят, пусть имеют дело с нами, если нет, пусть по-прежнему считают, что человечество одно во Вселенной, и всего добиваются сами. Учитывая состояние экологии и климата, никто сильно выделываться не станет, тем более что и мы не будем наглеть.

– И что ты хочешь производить?

– Электростанции любой мощности и аккумуляторы, которые в тысячи раз более емкие, чем ваши. Есть такой эффект, как фазовый поворот пространства. Даже из наших головастиков в нем разбираются единицы, а в пространственном резонаторе никто из ваших ученых не разберется.

– А это не опасно?
– спросила Вера.

– Очень опасно, - подтвердил Артон, - поэтому и будем строить электростанции, не раскрывая принципа их работы. Любое вещество в зоне фазового поворота пространства мгновенно превращается в антиматерию. У нас это будет сильно разряженный газ, который при аннигиляции обеспечит любой нужный поток тепла. Но можно засунуть плотное тело и получить такое оружие, что с Земли после этого нужно делать ноги. Правда, остается проблема хранения, а секрет антигравитации здесь еще долго останется секретом, даже если мы будем строить космолеты. У нас энергия потому ничего не стоит, что можем без труда получать сколько хочешь антивещества. Но плотное производят только в дальнем космосе, его ввоз на планеты запрещен. Есть специальные накопителя для космических кораблей, в них его и хранят.

– А что за аккумуляторы?
– спросила Вера.
– Ты мне ничего такого не давал.

– Я тебе давал идеи по нашим космическим кораблям, - ответил он.
– Не хотел я вам подбрасывать энергетику из-за ее опасности. Ты одна не смогла бы сохранить самостоятельность. А аккумуляторы... Есть такой физический эффект, как пространство Марта Амера. Этот ученый случайно открыл его лет триста назад, и до сих пор никто не может объяснить, что же это такое. В небольшой области пространства начинают происходить чудеса. Так помещенные в него предметы для всего остального мира теряют не только вес, но и массу, а электрический заряд стекает в него, как в черную дыру. Предела его накопления так и не достигли, но заряжать слишком сильно бессмысленно, потому что избыточным зарядом почему-то не получается воспользоваться. Такие аккумуляторы и станции - это гроб всей нефтедобыче и газу. Для химии их нужно немного, в основном все сжигают. Если повсюду внедрить, то загрязнения уменьшатся в десятки раз, не говоря уже о парниковых газах. И стоимость транспорта и многого другого резко упадет.

– А нас с тобой закопают нефтяные компании, - сказала Вера.
– США так тряхнет, что никому мало не покажется! Весь Ближний Восток пойдет по миру, и почти все наши экспортные доходы от продажи нефти и газа.

– Во-первых, все это займет лет двадцать, если не больше, - возразил Артон, - так что будет не тряска, а дрожь. Акции, конечно рухнут. Жителям Ближнего Востока давно пора научиться работать, а не только продавать нефть, а Россия больше получит от экспорта станций, аккумуляторов и электроэнергии. Аккумуляторы будут нужны всем, причем в огромных количествах, и делать их сможем только мы. Один раз созданное пространство Марта Амера существует вечно. Техника для его создания будет только у нас и пусть кто-нибудь попробует по аккумуляторам разобраться с тем, с чем не разобрались у нас.

– Первым делом все пойдет на войну.

– У вас всегда все самое передовое применяют в оружии, - сказал он.
– Не вижу в этом ничего страшного. Ну появятся в дополнение к обычным танкам еще шагающие и силовая броня, а к огнестрельному оружию - плазма и магнитные метатели, что это изменит? Войны станут немного разрушительней, а в остальном все останется по-прежнему. Электроэнергия это не антивещество. Вся техника постепенно перейдет на электричество и наделаете роботов. Мы этот этап прошли и уцелели.

– Это все, или будем делать что-нибудь еще?

– Посмотрим, - ответил Артон.
– Многое будет зависеть от того, как договоримся с правительством России, и от реакции остального мира. Будет трудно делать что-нибудь только для вас и не продавать другим, а выводить ваше соперничество в космос - не лучшая затея, поэтому космолеты пока отпадают. Можем с помощью капсулы спасать космонавтов или за плату летать на другие планеты и везти оттуда мусор на исследования. Это и вашу космонавтику притормозит, а то на нее тратят слишком много средств и загаживают атмосферу. Пусть лучше занимаются Землей.