Октав. И эти приступы удушья…

Андре. Ничего серьезного.

Алина. Сердце…

Андре. Почти в норме. Правда, он прописал мне наперстянку, в небольших дозах.

Октав. Ах, все-таки…

Андре. Из простой предосторожности. Врач связывает это с моим прошлогодним переутомлением. Словом, подождем; все должно пройти само.

Октав. Ну и отлично. Мама, наверное, страшно довольна.

Андре. Признаюсь, у меня тоже — камень с души… Все же, как ни крепись, а не можешь отделаться от мрачных мыслей.

Алина. Конечно.

Андре. А Мирей… дома?

Октав. Она в саду, с Ивонной и ребенком.

Андре. Я ее видел издали, проходя мимо теннисной площадки. Она ведь бывает на корте почти ежедневно?

Октав. У нее здесь так мало развлечений.

Алина(с живостью). Ты когда-нибудь слышал, чтобы она жаловалась? У нее достаточно своих, внутренних ресурсов. Но она поступает разумно, отводя какое-то время физическим тренировкам.

Андре. Она была с этим Робером Шантёем… Похоже, нынешним летом он весьма усердно посещает корт. Говорят, он намерен здесь окончательно обосноваться. И даже жениться.

Октав. Вот оно что.

Андре. Возможно, он имеет виды на одну из младших дочерей Мореля.

Октав.Я был бы удивлен. За ними — скромное приданое, а у него, должно быть, большие запросы.

Андре (не без смущения). Но наши края, мне кажется, вообще не изобилуют богатыми наследницами…

Алина. Судя по всему, что я о нем слышала, это малоинтересный субъект. Поражаюсь, что его дела и поступки в такой степени тебя занимают.

Андре. Но, тетя… А вот и Мирей.

Мирей (входя). А, здравствуйте, Андре.

Октав. У него добрые вести по поводу вчерашней консультации у врача.

Мирей (приветливо, но без теплоты). Ну что ж, прекрасно.

Андре в смущении отводит глаза; взгляд его останавливается на брошюре, которую Мирей оставила на столе. Он берет ее в руки.

Андре. О! Я не знал…

Октав. Я их только что получил.

Андре. Ты мне не говорил о своем намерении опубликовать эти материалы.

Алина. Твой дядя хотел сделать мне сюрприз.

Андре. И ты полагаешь, что Раймон…

Алина. Что ты хотел сказать?

Андре. Нет, ничего… Я только подумал…

Алина. Пожалуйста, договаривай.

Андре. Теперь это уже не имеет значения.

Алина. Что, Раймон что-нибудь говорил тебе по этому поводу?

Мирей (тихо, обращаясь к Андре). Ну, зачем об этом, теперь?..

Андре. Он мне не говорил ничего определенного, но я вспоминаю, что подобного рода публикации писем, фронтовых блокнотов…

Алина. И что?..

Андре. Он находил все это немного…

Алина. Бесстыдным?

Андре. Ну, скажем… неделикатным.

Алина (мужу). Вот видишь!..

Октав пожимает плечами, словно говоря: «Ну, что я могу поделать?» Алина выходит в дверь направо, тихо прикрыв ее за собой. Октав с минуту молчит, словно ожидая каких-то слов от Мирей и так и не услышав их, затем произносит почти беззвучно: