Я с силой оттолкнула замершего Дениса и вскочила. На этот раз я выйду через дверь. И больше ни за что в нее не войду.

– Подожди! Ты же не должна была прийти! Я просто не хотел оставаться один!

– Ты и не остаешься, – я изо всей силы хлопнула дверью и побрела к общежитию пешком.

Круг замкнулся. Небесный переключатель снова сделал свой щелчок: от счастья к полному отчаянию.

Опустошенная, но успокоенная, я добрела до общежития уже к рассвету. Рядом с подъездом на скамейке угадывались неясные очертания сидящего человека. Я настолько устала, что даже не испугалась.

– Привет! – на скамейке покорно мерз Игорь. – Ты из больницы?

Он кивнул.

– Давно пришел?

– Пару часов назад.

– Как Элла?

– С ней все в порядке. Череп цел, ничто не сломано. Только сотрясение мозга, да рассекла себе кожу об угол дома, когда падала. Неделю полежит в больнице.

– Слава богу! А почему же у тебя такой кислый вид? И почему ты уже пару часов сидишь на скамейке, а не спишь после сумасшедшего дня?

– Тебя жду.

– Почему?

Он помолчал, потом, сделав над собой усилие, спросил.

– Ты была у него?

– У кого? – не сразу сообразила я.

– У Дениса. Ты была…с ним?

Сначала я хотела огрызнуться и уйти в комнату. Но потом все мои нынешние горести вдруг навалились на меня невыносимой усталостью и равнодушием. Ноги мои подкосились, и я плюхнулась на лавку рядом с Игорем.

– Если тебе это интересно, то из меня любовницы не получилось.

– Как?

– По расписанию Дениса сегодня оказался не мой день, – я вспомнила сцену в постели и засмеялась. Во всяком случае, попыталась засмеяться. – Никому я не нужна.

– Ты нужна… мне, – он что-то внимательно рассматривал на кончиках своих кроссовок.

– Конечно, а еще маме и папе. Ты же понимаешь, что я не это имела в виду.

– А я, именно, это, – он грустно посмотрел на меня покрасневшими от бессонной ночи глазами.

– Не понимаю, – мне казалось, что Горошек жалеет меня, и мне это не нравилось.

– Где тебе! Я же – Горох, о котором ты знаешь все. «Даже на каком горшке он сидел в детстве». Никакой романтики! Вот МММ или «Поэт» – это так таинственно!

Я вздрогнула. Никогда я не разговаривала с Игорем о «Поэте» и только мой милый «Поэт» знал, что я называю Дениса МММ (Мужчина Моей Мечты). Страшное подозрение мелькнуло в моем мозгу.

– Откуда ты знаешь о «Поэте»? Ты подсматривал наши разговоры?

Он грустно засмеялся.

– Приятно все-таки сознавать, что не так уж ты меня и хорошо знаешь. То, что «Поэт» – это я, ты мысли не допускаешь?

Как ты не догадалась, ведь мы с тобой в нашем парке обычно сидим именно так.

Я замерла. Не может быть! С другой стороны, какой для него смысл обманывать? Может, он просто издевался? Зачем? Мы же не ссорились!

– А зачем нужна была вся эта конспирация? – осторожно спросила я.

Он пожал плечами.

– А ты захотела бы слушать эти стихи, если бы тебе писал их не «Поэт», а я?

Он был прав. Я просто высмеяла бы его. Неужели я НАСТОЛЬКО дура? Нет-нет.

– Нет-нет. Подожди. Ты же в Эллочку был влюблен? Ты только что себя обвинял во всех ее бедах!

– Потому что я во всем виноват.

– Ты говорил, что и она к тебе привязана.

– Конечно, привязана. Эллочка – моя двоюродная сестра.

– Я не знала.

– Потому что никогда не интересовалась моей жизнью. Так вот, Эллочка приехала по просьбе Яны к Денису. Яна просила Эллу уговорить его вернуться к ней. Но это оказалось совершенно бесполезным занятием. Если бы не я, она давно вернулась бы домой. Но получилось по-другому. Элла видела нас с тобой вместе и быстро сообразила, как я к тебе отношусь и в чем моя проблема. Как всегда в ее голове промелькнула очередная гениальная мысль заставить тебя ревновать. Поэтому мы и начали разыгрывать под ее руководством этот спектакль со страданиями и переодеваниями. Она устроилась в институт и сумела переехать к тебе в комнату, чтобы держать все под контролем. К сожалению, как и в отношении Яны, ее план не сработал. Она уже начала собираться домой, почему-то передумала. Через некоторое время я и вовсе перестал ее понимать. Она изменилась. Стала рассеянной, раздражительной. Постоянно куда-то пропадала. Когда она исчезла совсем, я, действительно, начал очень волноваться. Я же не знал, что она начала претворять в жизнь следующий свой гениальный план, связанный с драгоценностями. Кроме того, мне постоянно звонила ее мать и спрашивала о ней. А что я мог сказать?

– И начал во всем обвинять себя, – в этом был весь Горох. Всегда за всех в ответе, как пионер.

– А потом… Я же сам вас с Денисом познакомил! Все безнадежно, правда? Я, действительно, пустоголовый Горох, – продолжал истязать себя Игорь.

Боже мой! Когда же окончатся эти сутки. С утра прошлого дня на меня падают неожиданности, как конфетти на маскараде. И нет этому конца. И с каждой новой неожиданностью я становлюсь все более одинокой. Я заглянула в глаза Игорю и увидела в них свое отражение, ласково прикоснулась к его плечу, и он резко отодвинулся от меня.