– Успокоил! Завтра съедят, если сегодня не убьют. Эх! Пойдем.

Пробираемся в полумраке по трюму. Пацаны не препятствуют, все уже в курсе. Они оценили и заплыв, и бутерброд, и то, что Джек позвал. Глядишь ты, ещ вчера был Дристун, а сегодня его Длинный зовет поговорить. Хотя Дристуном он так и останется. Погоняло – это навсегда.

Зак остановился перед группой пацанов, сидящих на корточках у гамака. В гамаке располагался длинный парень.

– Длинный Джек, – шепчет в голове Зак.

– Догадался. Слазь с руля, дай я поговорю.

– Ты же по-человечески не понимаешь.

– Дай попробую.

– Ну, попробуй. А как?

– На лошади ездил? Представь себе, что ты с нее грохнулся.

– Вспомни.

– Что вспомни?

– Вспомни, а не представь.

– Ну, вспомни.

Тресь. Больно-то как! Вспомнить вс, понимаешь. У --, это ж не вспомнить, а ощутить. Бьют же!

– Добавить тебе, или ты догадаешься с людьми поздороваться? – спросил длинный ломким баритоном. По-русски!

– Э… здравствуйте, – отвечаю.

– Во, тормоз скрипнул, – ехидно сказал кто-то из пацанов. – Иди на мой голос, болезный, падай у борта. Куда? На жопу. Фирштейн раша? Тогда шнелле и не бзди, не о чем уже.

– Тормоз сел? Ну, значит можно начать кой-чего обсудить. Итак, что тут стебалось, все поняли?

– Да.

– Угу.

– …

– Да.

– Yes.

– Чо? – каркнул длинный с гамака.

– Да прикалываюсь я, – виновато буркнул полумрак.

– Ага, а я тебя чуть не убил. Тогда запали лучинку, типа мы в кости играем, приколист.

– Ой мне! Вы тута все залтные? А как опознались? – аморально и неприлично откровенно радуюсь такой компании.

– Почти вменяемых опознали по популярным мотивчикам. Я сегодня

«Мурку» мычал, приколист «Yesterday» в полный голос выводил, Поли «You are in the army now»…

– Да кому он пел, Джек? Захарушку забрызгал говном, пнул и обложил матом!

– Петь ещ тебе! Тебя мы по отмороженности опознали. Зак на такое не способен. Только сталкер может, едва сдохнув, попытаться сделать это ещ раз.

– Почему ещ раз?

– Дристун, ты что, вчера убухался?

– Я не дристун, Поли. Помолчали.

– Так, ладно, хорошо, чудесно, в жопу… и с поворотом. Да не психую я. Почти. Призраки, кто при жизни английский знал? – решительным тоном спрашивает Джек.

Призраки из полумрака подали голоса:

– Ну, я.

– Я тоже.

– I am, sir.

– Опять?

– No, sir.

– Я ещ.

– Вс? И не ужрались вчера, как Дри… этот? Значит, вам вс ясно. Для необразованных алкашей есть новости, все не очень, но нам пофиг, потому что мы все вчера погибли. Рванула в нашем Б-ке на химкомбинате какая-то срань. Я лично взрыв видел – последнее, что запомнил из той жизни.

– Я тоже из Б-ка, – говорю в шоке.

– Тут все оттуда, алкаш. Или не все? – Джек резок. – Фу, значит, я это правильно подумал, хотя боялся, что везде, как у нас. Значит не везде. Если все мы оттуда, да в одном месте…

– Гм. В абсурдном месте…

– То по теории абсурда и недетерменируемости распределения западла в пространстве-времени, только так.

– Хм.

– Вы хоть по очереди глючте, призраки. Ещ желательно представляться, чтоб знать, кому за дурь провести непрямой массаж мозга, – злится сбитый с толку Длинный. – Только так, блин! Но это нам интересно чисто теоретически, а практически… для тех, кто не понял, или сомневается: Мы в трюме каторжного судна его грбаного английского величества. Мы – каторжане, малолетние убийцы, которых не повесили по судейской дурости, или ещ из-за чего-то.

Да-а-а, а я думал, что страшнее, чем в пионерлагере уже не будет. Темнота, гроб на колсиках – добрая сказка. У меня вырвался смешок.

– Ага, уссаться можно. Дристун, ты в истерику не впадшь?

– Не впаду, и я не дристун.

– Ну-ну, мы не рабы, рабы не мы. Знаете кто мы? Оглянитесь. Что, не видно ни хрена? Тогда на слово поверьте – вокруг подростки с клинической шизофренией. А мы – паразитные программы, или подгруженные модули.

– А души? – спросил кто-то грустно.

– Я надеюсь, что наши души либо упокоились, либо переселились, только матрицы… – ему ответили так же печально.

– Нео, блин, – фыркаю на это муть. – Я ощущаю себя живым, значит я живой.

– Да не, логично вс.

– Ну, не вс, но в целом я тоже…

– Большинство со мной согласно? Тогда подумайте, кто мы для этих пацанов? Демоны и свиньи, и ну его в море? – Джек ставит вопрос на обсуждение.

– Да ты что, давай досмотрим!

– Аттракцион тебе?

– Нет, конечно, да я и до…

– Ясно, знакомо. Никогда не понимал фаталистов. Одно хорошо – бухтеть и бздеть не будешь. Ещ варианты есть? – Джек умудряется как-то режиссировать это бредовое шоу.