Крысозомби прыгала до потолка, ей только чудом не удалось хватануть меня зубами. Я попытался телепортироваться к Косте.

— Ну и дрянь получилась… теперь ее надо бы уничтожить.

— Похоже, это квазиорганика, — заметил друг. — Жива, я не больше чем робот. Голем.

— Причем враждебно настроенный, — в грудь словно вбили ледяной кол.

Ноги подкосились, и я осел на пол. Голос Кости доносился откуда-то издалека. Падая на спину, я увидел как за смотровым окном вознесся гигантский песчаный монстр. Его лапа ударила в стекло, по нему прошла сеть трещин… еще один удар, и гигантская лапа хватает меня, а потом — падение в пасть созданного мной же зверя…

Я проснулся, подскочил и едва не сжег постель заклинанием. Поняв, что это был лишь кошмар, глубоко вздохнул. Документальный сон… не нужно быть психологом, чтобы понять, чего это он мне снова приснился. Беседа с Кирой, истощение…

Я еще раз вздохнул. Если бы экспериментальная камера не была построена над магмой, а Костя был чуть трусливее, я бы там и погиб, сожранный песчаным монстром, которого сам и создал.

Очнулся я только на следующий день, и в полном порядке, но порой мучаюсь кошмарами.

Конечно, эксперимент дал очень многое: во-первых, можно творить хищную квазиорганику, но она не только враждебна к магу, но еще и может вытягивать магию из его собственного запаса. Семнадцатым экспериментом у нас стояло создание «клонов» самих себя, но мы, не сговариваясь, вычеркнули этот пункт из списка. Был сформулирован очередной закон, который мы больше даже не пытались нарушать… потому что жить хочется.

Я быстро оделся. Горизонт уже заалел… и это рассвет! Что-то я слишком много спать стал. С другой стороны, какая в этом проблема? В институт с утра пораньше не надо… что ж, поеду к Косте, расскажу об успехах. Я вновь создал дорогу и, сев на мотоцикл, помчался.

Итак, а куда после Костика? Можно снова к Кире, позвать девушку на свидание… или после вчерашних полетов я получу только категорический отказ?

Снова кольнуло чувство вины. Это я умею и люблю летать, а девушку в первый раз вытащили в небо да еще и заставил учиться методом шоковой терапии.

Особняк Кости встретил меня радостными воплями.

— Я понял, я понял! — вопил Костя, пуская с рук цветные фейерверки и, как сумасшедший, скача по комнате. — Ура!

— Соблюдай историческую преемственность, — голосом бывалого бюрократа попросил его я. — Надо использовать слово «Эврика» и носится по улицам города.

— Натан, я понял, что такое магия! Я понял, откуда у законов всех этих ноги растут!

— Правда? Тогда я внимательнейшим образом слушаю.

— Ты знаешь что-нибудь про темную энергию?

— Это последний уровень второго Half-Life?

— Тьфу, студент-медик… тёмная энергия это динамическое поле, энергетическая плотность которого может меняться в пространстве и времени.

— Ага, я все-все понял. Ладно, и что дальше?

Костя посмотрел на меня с тоской гения, вынужденного рассказывать идею, которая перевернет мир, обществу слепоглухонемых идиотов.

— Ну, Костя!

— Ладно… короче, темная энергия и темная материя — это до сих пор не обнаруженное в чистом виде… м… нечто, наличие которого фиксируется во Вселенной только по косвенным признакам.

— Вот, уже лучше. И как это связано с магией? Или магия — это и есть темная энергия?

— Верно!

— Скажи это своему преподавателю по космологии… гарантирую рубашку со сверхдлинным рукавом.

— Так вот, мы, маги, обладаем способностью накапливать темную энергию, которую потом можем превращать во что-либо!

— С чем связана эта способность?

— Будешь смеяться… но мне кажется, что с душой.

— О… — протянул я. — И что такое душа?

— Душа — это сгусток темной материи, связанный с телом. Когда тело гибнет, этот сгусток тоже рассеивается в пространстве.

Кхм…

— Хорошо. А найденные нами законы, как со всем этим связаны?

— Элементарно. Первый закон не рассматриваем. Второй закон — наша душа создает себя что-то вроде концентрата энергии, которую может удержать, причем количество этого концентрата постоянно. Третий закон — темной энергией нельзя разрушить сгусток темной материи. Он сопротивляется, и поэтому непосредственно магией убить невозможно. Далее, четвертый закон, рассеянную темную материю собрать при помощи темной энергии невозможно, вероятно из-за того что не хватает энергии, а может там еще какая-нибудь закономерность действует. Вот и получается, когда мы пытаемся воскресить, мы наполняем воскрешаемого темной энергией в таком же количестве, как и вес воскрешаемого, но потом что-то сбоит и происходит аннигиляция части вещества. Вот и получается, когда мы пытаемся воскресить, мы наполняем воскрешаемого темной энергией в таком же количестве, как и вес воскрешаемого, но потом что-то сбоит и происходит аннигиляция вещества. Пятый закон — разновидность третьего, внутренние сгустки темной материи в чужих телах сопротивляются изменению со стороны. Шестой закон, как и первый, относится не к этой области, однако он позволяет косвенно вычислить количество темной энергии, которой мы обладаем. Помнишь четвертый эксперимент, максимум материализуемого вещества? У тебя получился ровно центнер, прежде, чем ты достиг полного истощения. У меня получилось девяносто два кило…

— К сути!

— Короче, разница между нашей массой и материализуемой составляет 23%

То есть, у нас с собой 125 % нашей массы темной энергии. 123 мы можем использовать, последние два сильно связаны с жизненной энергией, но каким образом, я еще не понял.

— Ладно, допустим, — мой мозг с трудом, но принимал то, что говорил Костя. Все-таки фармакология не проще физики. — А седьмой закон? Почему 16 часов? Причем для всех магов.

— Тут не ясно, — развел руками Костя. — Возможно, получаемая нами из Вселенной энергия, сначала проходит некоторую очистку, а каждые шестнадцать часов…