Ангел Алан Дэвид Пассаро, обвинённый в убийстве, а затем в конечном итоге оправданный, был найден плавающим лицом вниз в резервуаре в марте 1985 года с $10 тыс. в кармане. Несмотря на распространённое мнение об обратном, Пассаро не был оправдан на основании убеждённости жюри в том, что Хантер вытащил пистолет, а на том факте, что ножевые ранения, которые убили Хантера, по всей видимости были направленны вверх; и это означало, что они не были ранами, нанесёнными Пассаро перед камерой. Он и(или) кто-то ещё продолжал колоть Хантера после того как тот упал, и именно от этих ран, которые камера чётко не засняла, он и умер.

Примерно через год после Альтамонта во всём остальном малоизвестный певец и композитор Дон Маклин написал текст песни, которой было суждено стать одной из самых знаковых песен в анналах популярной музыки: "Американский пирог". Этот текст, по существу, хронологическое перечисление различных трагедий, которые сформировали мир популярной музыки. Вскоре после ссылки на августовские 1969 года убийства Мэнсона и их связь с музыкальной площадкой Лорел каньона (Хелтер Скелтер в летний зной, Птички выпорхнули из радиационного убежища, Восемь миль высотой и быстро опадает), и как раз перед ссылкой на смерть Дженис Джоплин в октябре 1970 года (Я встретил девушку, поющую блюз, И спросил её о добрых новостях, Но она лишь улыбнулась и отвернулась, Я пошёл в заветный магазин, Где много лет назад слышал музыку, Но продавец сказал, что музыки больше не будет), можно найти куплет, приведённый в верхней части этого поста, в котором Маклин характеризует смерть Хантера, как ритуальное убийство.

Я, конечно, никогда бы не сделал такого дикого и безрассудного заявления.

Как это было принято на больших мероприятиях в середине-конце 1960-х годов и особенно в Северной Калифорнии, Альтамонт был пропитан "кислотой". И также, как было принято в то время, эта кислота предоставлялась бесплатно мистером Августом Oусли Стэнли III, также известном как "Медведь". Например, в так называемом "Human Be-In" имевшем место в январе 1967 года, Оусли любезно раздал 10,000 таблеток мощного ЛСД. Для Монтерейского поп-фестиваля всего пять месяцев спустя он состряпал и распространил 14,000 таблеток. Для Альтамонта он сделал то же самое.

Видите ли, 1960-е годы были, и вы можете это проверить, если не верите мне, эпохой братской любви. Так что, скажем, если случилось, что у кого-то завалялся запас кислотки с уличной ценой в $20-30 тыс. (значительная сумма денег в 1960-х), он, естественно, должен раздать её бесплатно тысячам случайных незнакомцев. И конечно, похоже единственным человеком, у которого регулярно имелись такие огромные запасы ЛСД, был главный кислотный химик эпохи хиппи Август Оусли Стэнли.

Никто, ни Кен Кизи, [157] ни Ричард "Бабакакбыонкчёртусебяниназывал" Альперт, ни даже Тимоти Лири не сделали больше для "зажигания" молодёжи 1960-х годов, чем Оусли. Лири и его соратники, возможно, попали в лучи прожектора национальных СМИ и привлекли внимание общественности, но именно Оусли наводнил улицы Сан-Франциско и другие места неизменно высококачественной недорогой и доступной кислотой. По общему мнению, он никогда не делал это за деньги, и он регулярно раздавал больше своего продукта, чем продавал. Каков же тогда был его мотив? По словам Мартина Ли и Брюса Шлейна, писавших в книге "Кислотные сны" (Acid Dreams), "Оусли культивировал образ мастера-алхимика, чьи намерения с ЛСД были жреческими и магическими".

Бесспорно, Оусли почитается многими как какой-то идол контркультуры 1960-х годов — человек мотивированный не более чем альтруистическим желанием "зажечь" весь мир. Но опять же, трио, упомянутое в предыдущем параграфе, тоже почитается многими, так что вы извините меня, если я немного нерешителен, чтобы принять Оусли в качестве какого-то анти-героя, особенно учитывая его довольно провокационное воспитание и семейную историю.

Август Оусли Стэнли III сын, естественно, Августа Оусли Стэнли II, который служил офицером во время Второй мировой войны на борту авианосца ВМС США "Лексингтон", а затем нашёл работу в Вашингтоне, округ Колумбия в качестве государственного адвоката. Он воспитывал сына в основном — где же еще? — в Арлингтоне, штат Вирджиния. Дедушка молодого Оусли был Августом Оусли Стэнли, который служил в качестве члена Палаты представителей США с 1903 по 1915 год, как губернатор штата Кентукки с 1915 по 1919 год и как сенатор США с 1919 по 1925 год. Отец сенатора Стэнли был священником "Церкви Христа" [158] и служил военным прокурором в армии конфедератов. Его мать была племянницей Уильяма Оусли, который с 1844 по 1848 год также служил в качестве губернатора штата Кентукки, и который одолжил своё имя округу Оусли, штат Кентукки.

В годы своего становления Оусли III посещал престижную Военную академию в Шарлотт-Холле, штат Мэриленд, но, как сообщается, был вышвырнут из девятого класса за пребывание в состоянии опьянения. Вскоре после этого, в нежном возрасте пятнадцати лет Оусли добровольно лёг в госпиталь святой Елизаветы, округ Колумбия. Следует отметить, что во время своего основания в 1855 году этот госпиталь носил гораздо более зловещее имя: "Государственный госпиталь для безумных". В течение следующих пятнадцати месяцев он оставался там для, гммм, "лечения". За это время его мать, в соответствии с одной из повторяющихся тем этой саги, скончалась.