Глупая улыбка растеклась на моих губах от звуков его голоса. Муж мой, я так скучала по тебе!

— Нет, я, конечно, рад, что вы позвали меня присоединиться к вашей компании, но, скажите, зачем вам уходить так далеко от лагеря? Здесь на вас могут напасть дикие звери, хищники, в конце концов.

— Мы сами хищники!

От неожиданности я вздрогнула и чуть не упала с широкой ветки. Этот голос с хрипотцой всерьез напугал меня. Я осторожно выглянула из своего убежища и увидела то, что и ожидала — троих мужчин, одним из которых был мой Ром, а двое других полностью совпадали с составленными в моей голове их психологическими портретами.

Трусливый и опасливый вег, кажется, Роман назвал его Яном, нерешительно озирался по сторонам. Он боялся. И когда я перевела взгляд на третьего мужчину, то испугалась ничуть не меньше зеленого.

Конечно, то был Димитрий. Его обнаженный, покрытый каплями пота и изображениями окровавленных морд хищных животных скульптурный торс выглядел весьма внушительно. Но взгляд Бешеного, свирепый и отчаянный, заставлял тех, кто находился рядом с ним, желать единственного — поскорее уносить ноги. Какая вега в здравом уме могла согласиться приблизиться к нему? Какая вега в здравом уме желала бы такого мужчину?

Я тут же одернула себя. Желала бы каждая, но осмелилась бы приблизиться только сумасшедшая.

— Мы уходим из лагеря, чтобы делать то, что запрещено, — медленно растягивая каждое слово говорил Роман, обходя вокруг Яна, и у меня появилось ощущение того, что через несколько минут я стану свидетельницей еще одного убийства.

Хоть бы меня не заметили!

— Что вы имеете ввиду?

Голос Яна звучал так жалостливо, что мое сердце дрогнуло, но только мое — в Романе и Димитрии, истинных хищниках от природы, к слабакам жалости не было ни грамма.

— Мы деремся. Без правил. До тех пор, пока противник не сдастся! Или не умрет.

Я услышала судорожный вдох Яна и беззвучно засмеялась, наконец, догадавшись, что вся эта сцена, невольной свидетельницей которой я стала, имела одну цель — устрашение. Интересно, что такого совершил этот несчастный травоядный, за что подвергся травле двух самых опасных хищников лесного лагеря.

— Я не собираюсь драться с вами. Я не считаю себя достаточно хорошим…

Послышался глухой звук удара и жалобный стон. Я в изумлении уставилась на лежащего на земле Яна. Роман не мог так поступить, значит, бил Димитрий.

— Элена. Вчера ты подошел к Элене, — прохрипел своим прокуренным басом Бешеный, и я посочувствовала бедолаге.

Ян не спешил подниматься на ноги, очевидно, рассчитывая на то, что лежачего противника хищник не тронет. Я бы об этом и не мечтала.

— Я думал, она свободна.

Димитрий молчал. Роман отошел к дереву, с ухмылкой наблюдая за происходящим. У меня возникло желание бросить в мужа камень. Неужели, их Элена была достойна такого раболепного преклонения?

— Она свободна, но право быть рядом с ней нужно завоевать. Ты готов?

Ян в примирительном жесте поднял ладони и попытался изобразить улыбку. Получилось довольно забавно, особенно, учитывая тот факт, что из его распухших губ обильно сочилась кровь.

— Я больше не подойду к ней.

— Ты уедешь, — голос Димитрия напоминал пронзительный скрежет металла. — Сейчас.

— Хорошо.

Послышались шаги, и я увидела, как Ян покинул поляну. Я не сомневалась: через четверть часа он навсегда покинет лагерь.

— Элена найдет другого. Ты сделаешь это снова? — мой муж вопросительно поднял брови.

Значит, думала я про себя, вега всё же была девушкой Димитрия, не Романа. Но какое отношение он имел к их истории, и что связывало моего мужа с этой странной Эленой? Я повернула голову и задохнулась от волнения. На расстоянии вытянутой руки передо мной был он, тот, кого Роман часто называл Бешеным. Он окинул меня яростным взглядом и спрыгнул вниз.

— Выходи!

Настало время встретиться с моим мужем и его кровожадным дружком.

Я лихо спрыгнула с ветки и высоко вскинула голову. Да, я боялась обоих этих свирепых хищников и была уверена в том, что один из них в ближайшие минуты может с легкостью двумя пальцами переломать мне шею, а второй, мой муж, едва увидит, почувствует жгучее желание задушить меня собственными руками. Но я хорошо знала законы, по которым жили все без исключения хищники. Слабаков они презирали. А тех, кто проявлял отвагу и решимость, уважали. Но звери не жалели никого.

Я отвела глаза от Бешеного, разъяренный взгляд которого с лихвой оправдывал его прозвище, и посмотрела на моего мужа. Я успела заметить изумление на лице Романа, но уже в следующее мгновение маска равнодушия скрыла все его эмоции. Ты будешь моим снова!

— Кто ты такая? — Димитрий сделал резкий шаг ко мне, но я даже не покачнулась. — Я не видел тебя в лагере.

Попытайся убежать, кричи или рыдай — кромсателю будет всё равно. Да, теперь я знала об их разговоре с Яном и понимала: не будь здесь Романа, этот день мог бы кончиться для меня самым трагическим образом. Поэтому, единственным моим шансом остаться живой и здоровой (по крайней мере, не пострадать от рук Бешеного), был мой муж.