Смит достал кости. Жребий выпал на долю Хэнка.

Хэнк радостно потирал руки. Его глаза блестели. Он облизывался, как голодный шакал. Затем он обнял Фелицию и начал осыпать ее поцелуями.

Она истерически вскрикнула и судорожно забилась в объятиях грязного негодяя. Злой гений всего затеянного, Макара, самодовольно стоял с топором возле Джека.

— Поцелуй меня, дорогая, — лепетал грязный Хэнк… — Поцелуй своего новобрачного.

— Перестань визжать! — с руганью крикнул Макара обезумевшей Фелиции. — Перестань, иначе я перерублю пень.

Фелиция сразу утихла. Она в ужасе широко раскрыла глаза, глядя на топор, занесенный над пнем.

— Поцелуй его — иначе все кончится. И не кричи…

С ее уст больше не сорвалось ни звука. Грязный Хэнк еще раз обнял ее, но ее взгляд был прикован к зловещему блестящему топору…

Вдруг совсем близко резкий голос нарушил наступившую тишину:

— Что за чертовщина тут происходит?

Трое мужчин выскочили из кустов. Они были одеты, как туземцы — на них были только набедренные повязки. Тела их были покрыты красивым бронзовым загаром. Но они были европейцы. Тот, который первый заговорил, был высокий худощавый мужчина с военной выправкой. Позади него стоял коренастый юноша с красивым лицом, черноволосый и с большими черными глазами. Третий был полный брюнет с округлым добродушным лицом и курчавой шевелюрой. Он носил большие очки. Двое первых держали винтовки, а третий — небольшое копье.

Мужчина с военной выправкой, казалось, сразу понял смысл происходящего зверства.

— Эй, ты, молодчик! — резко крикнул он. — Что ты делаешь с этой женщиной? Дэвин, займись-ка негодяем.

Коренастый юноша бросился к Хэнку. Он ударил бродягу кулаком по лицу так сильно, что у того брызнули искры из глаз. Другим ударом он свалил Хэнка на землю и поставил свою ногу ему на грудь.

— Если ты шелохнешься, подлец, я прикладом размозжу тебе череп, — повелительно воскликнул он.

— Аубрей, — снова приказал военный, — освободи женщину и связанного парня.

Мужчина в очках живо приступил к делу. Одним ударом ножа он перерезал веревки вокруг Фелиции, затем быстро развязал Джека.

Все произошло в одно мгновение. Смит, Билли и Гунебург от удивления только вытаращили глаза, широко разинув рты. Макара все еще стоял с поднятым топором.

— Брось топор, живо! Иначе я пристрелю тебя, как собаку. Я промахов не делаю.

Макара отбросил топор в сторону. В этот момент раздался пронзительный крик — Фелиция потеряла сознание.

Это прервало общее оцепенение. В один миг трое бродяг исчезли в кустах. Коренастый юноша обернулся, чтобы поддержать падавшую Фелицию, и Грязный Хэнк вскочил и убежал. Марк Макара, видя грозившую опасность, рискнул тронуться с места и также скрылся в зарослях.

Только Мун успел поддержать Фелицию и положить ее на траву. Остальные сочувственно склонились над ней. В их взглядах стоял немой вопрос.

— Бедняжка! — произнес юноша. — Кто она?

— Американская леди, — сказал Мун.

— Леди?

— Да. Она туристка и приехала сюда недавно.

Они еще более сочувственно посмотрели на нее.

— Погодите, — заметил мужчина в очках, — я кое-что смыслю в медицине. Я осмотрю несчастную.

Через минуту он добавил:

— Ничего серьезного. Все произошло из-за резкого отлива крови от мозга после того, как веревки были чересчур быстро перерезаны.

Фелиция затуманенным взором оглядела всех. Мужчина с военной выправкой наклонился и взял ее руку.

— Не волнуйтесь, мадам, — сказал он участливо. — Вы попали к друзьям. Вы в полной безопасности.

— Как вы себя чувствуете? Лучше? — спросил мужчина в очках, беря ее за другую руку.

— О… да. Я… мне теперь лучше… Внезапный обморок… Глупо… Простите, что причинила вам беспокойство. Я могу встать. Благодарю вас.

Мун помог ей подняться.

— Разрешите представиться, — заговорил человек с военной выправкой. — Мое имя — Хилькрест, Гай Хилькрест, отставной майор британской армии, а ныне владелец ванильных плантаций на этом острове. А это мои друзья, приехавшие.ко мне в гости: Том Дэвин — художник из Нью-Йорка и Филипп Аубрей — журналист из Сан-Франциско.

Оба поклонились со светской учтивостью. Фелиция сделала над собой усилие, чтобы справиться с головокружением и физической слабостью.

— Очень рада познакомиться с вами, — с трудом произнесла она. — Я лшссис Клайв Арден из Бостона. Я художница и отчасти писательница, а также владелица кокосовых плантаций на Моореа. А это мой друг и управляющий, мистер Мун.

— Очень приятно, сэр — сказал майор.

Все трое дружелюбно пожали Джеку руку.

— Миссис Арден, — сказал Хилькрест, — если вы можете сейчас идти, прошу вам пожаловать ко мне. До моей усадьбы не больше полумили. Вы счастливо отделались от этих бандитов. Мы выслеживали их три дня и накрыли как раз вовремя.

— Что за ужасное переживание! У вас поразительная сила воли, миссис Арден.

— Ничего подобного. Я чуть не лишилась рассудка, да и сейчас мне хочется смеяться и плакать. Я с трудом сдерживаю себя и по прибытии домой, наверное, слягу в постель.

— Старайтесь не думать о прошедшем кошмаре.

Вскоре они подошли к усадьбе Хилькреста, утопавшей в роскошной тропической зелени. Дом причудливой архитектуры был со всех сторон обвит густым диким виноградом. По одной стороне шла большая уютная веранда со множеством мягких кресел и диванов; с другой стороны он нависал над самой лагуной, так что Фелиции показалось, что она находится на борту парохода.