— Ты деньги принес, Кумла? — тихо спросил землянин.

— Что-о-о? — Толстый угрожающе медленно перевел гневный взгляд с Петреля на самого Андрея.

— Нет?! — картинно удивлялся лидер команды «Кузьмич». — Ну дела-а-а… Совсем, что ли, поиздержался, Толстый? Я, конечно, особенной любви к тебе не испытываю, но кое-что ты для меня, признаю, сделал. Так что могу подкинуть десяток-другой кредитов на бедность. Потом вместе с остальными отдашь.

— Да ты… — Кумла побагровел. — Да я тебя…

— Или, вон, костюмчик могу купить, — продолжил между тем Андрей. — Он, конечно, провонял и растянулся, ну да что не сделаешь по доброте душевной. За стольник отдашь?

Комбез марки «Плага-33К», красовавшийся на Кумле, стоил не меньше двадцати тысяч кредов. Ну, новый… Но и подержанные шли не меньше чем за двенадцать-пятнадцать, в зависимости от состояния.

— Ты!!! — взревел Кумла, выхватывая клинок и напитывая его хасса. — Да я тебя сейчас… кха-а-ах!..

— А ну опустил клинок, урод, — ласково произнес Ушем, лидер самой сильной в городе команды «Потер». Причем произнес он это, прижав свой собственный клинок к горлу пышущего гневом Толстого. Остальные бойцы команды Кумлы также были зафиксированы одним-двумя бродниками в подобном же положении. Андрей еле заметно сглотнул. Эти люди скрутили Толстого в долю секунды, использовав навык «рывок», который ему самому пока никак не давался. То есть не совсем так, он у него получался… с третьего раза на четвертый, со страшным расходом хасса и после того, как землянин как следует сосредоточится. А эти… вот только сидели за столами в дальнем углу с кружками пива или кеоля в руках — и вот уже стоят, приставив клинки к шеям или в районе печени бродников из команды Кумлы.

— Тебя уже сколько раз предупреждали, Кумла, а? — все так же ласково продолжил Ушем, когда тот, осторожно, старясь не делать движений, которые могли бы показаться угрожающими, убрал клинок обратно в ножны. — А ты все никак не успокоишься. Грохнуть тебя, что ли, чтобы нервы не трепал?

— Ушем, я… то есть он… ну…

— Заткнись, — уже совсем не ласково оборвал его Ушем и повернулся к Андрею: — Что ты там говорил насчет денег?

— Кумла должен мне денег за нападение на меня внутри поселения с применением хасса, — четко и коротко ответил Андрей. Ему совсем не улыбалось качать права или еще как-то вызывать хоть малейшее неудовольствие при общении с таким монстром, как Ушем. Тем более что тот, судя по всему, был на его стороне. Во всяком случае, пока.

— Он применил хасса для нападения внутри поселения? — удивился Ушем. — И когда это было?

— Около блоя назад, — по-прежнему коротко и четко доложил землянин.

— И где?

— На первом горизонте. В Тасмигурце. Я тогда еще «нулевкой» был.

— Он применил хасса для нападения на «нулевку» внутри поселения первого горизонта? — изумился Ушем и развернулся к Толстому. У того на лбу выступил пот. Андрей про себя ухмыльнулся. Да уж, развитие ситуации в Тасмигурце и здесь отличалось кардинально. Там Кумле и слово поперек не рискнули сказать, а здесь опускают на глазах у всех. Ушем же вновь повернулся к Андрею.

— А чего ты тогда в наш Совет поселения не обратился? Или на Совете насчет тебя, что был несколько ски назад, эту тему не поднял?

— Ну-у… когда я появился в Валкере, мне было сказано, что здесь в курсе моих разногласий с Толстым и…

— Меня зовут Кумла, щ-щен… — зашипел тот, прерывая Андрея, но его тут же оборвал Ушем:

— Заткнись, Толстый, не с тобой разговаривают.

— Ну, так вот, — продолжил землянин, — мне сказали, что в курсе наших разногласий, но рассчитывают на то, что я не буду создавать лишних проблем. А иначе мне в Валкере не рады.

— И кто это так сказал?

Андрей ответил. Ушем хмыкнул, потом повернулся к бару и бросил взгляд на стоящего за барной стойкой, рядом с барменом, хозяина «Белолобого красавчика».

— Укуль, зёма, сдается мне, что местные хозяева совсем нюх потеряли. Ты там поработай с этим… не хочу поганить свой рот его именем. А то он со своим стремлением к прибыли совсем берега потерял. Мало ли, что Кумла у него квартирует? Закон что, для всех разный, что ли?

— Поправим, Ушем, — отозвался хозяин гостевого дома. Лидер команды «Потер» насмешливо кивнул и снова развернулся к Кумле.

— Так, Толстый. Быстро сбросил на линк Кюйзмитшу двадцать тысяч.

Тот побагровел и попытался возразить:

— Но мне присудили всег…

— Быстро, я сказал!

Линк Андрея пискнул, сообщив, что он стал богаче на двадцать тысяч кредов. Вернее, на пятнадцать. Пять тысяч Андрей собирался переслать на счет Тасмигурца. Если поселение было честно с ним — значит, он будет так же честен с ними.

— Претензии еще есть? — спросил Ушем у Андрея.

— Нет.

— У тебя? — он перевел взгляд на Кумлу.

— Да этот голожопый ташу…

— Толстый, ты дебил? — ласково прервал Ушем. — Тебя о чем спросили? Или ты мечтаешь затянуть меня в число поклонников твоего умения ругаться? Так должен тебе сказать — без шансов. С моей точки зрения ты придурок, который все делает дерьмово. В том числе и ругается. Итак, спрашиваю последний раз: у тебя есть претензии?

— Да! — выдавил из себя красный как рак Кумла.

— В таком случае — вон там находится тренировочный покой Пангрима. Аренда дуэльной площадки стоит пятьсот кредов. Ставка — «общак» команды. И лучше бы из покоя вернулся только один из вас. Поселению совсем не нужно, чтобы вы тут устроили долгую кровную месть. Понятно обоим?