Горячая похоть разлилась по моим венам.

Как я мог остаться холодным чудовищем, которым я должен быть, когда моя кровь вскипала ради еще небольшой порции ее вкуса? Маленькой порции милостиво предоставленной ее тугим, влажным теплом.

Черт, я кончу, если не перестану думать о ней.

Мой член вздрогнул, полностью соглашаясь.

Я покачал головой, помчавшись к конюшням.

«Ты останешься тем, кто ты есть».

Точно.

Другого выбора все равно нет.

Меня научили, как быть хозяином своих эмоций. Я гордился собой за то, что усвоил все, что мне преподавали. Одна маленькая шлюха Уивер не разрушит меня. В нашем мире был свой способ.

Моем мире.

Ее мире.

Независимо от того, как она околдовала меня, как повернула мое тело и мою силу воли против меня, я не сдамся.

Она очень скоро выучит это.

В тот момент, когда я поймаю ее, она узнает свое место. В тот момент, когда я верну ее в свои руки, она больше не убежит.

Я, черт побери, обещаю это.

Пришло время поохотиться.

Конюшня была пуста, кроме лошади Кеса для игры в поло, призового чистокровного жеребца моего отца Блэк Плейг (прим. пер. Черная Чума) и моего черного мерина «Флай лайк зе винд» (прим. пер. Быстрый как ветер). Это было его имя для выставок и охоты. А вообще у меня было другое имя для него.

Вингс (прим. пер. Крылья).

Потому что езда на нем позволяла мне улетать подальше отсюда и находить маленький проблеск свободы.

Нила была не единственной, кому хотелось убежать. В отличие от моей добычи, я столкнулся со своими демонами и принял их. Я заставил их работать на меня, вместо того, чтобы управлять мной, и заставил их подчиниться и преклониться передо мной.

То же самое я заставлю сделать и ее, как только найду.

В тот момент как увидел меня, Вингс навострил свои вельветовые ушки, а его металлические подковы застучали по булыжнику, усыпанному сеном.

Конюх появился из стойла, где он очищал навоз.

— Сэр?

— Оседлай его. Я планирую выехать через пятнадцать минут.

Я сказал ей, что дам фору в сорок пять.

Я пожал плечами.

Не было никакого смысла давать ей больше времени. Ее стопы будут кровоточить от бега босиком. Ее кожа будет травмирована из-за той смехотворной болезни, с которой она борется.

Вопреки тому, что она обо мне думала, я не был монстром.

Она нужна мне сильной.

Плюс ко всему, я мог бы предоставить ей часы и дни на ее стремление добраться цели, но она никогда не достигнет границы.

Я понимал это целиком и полностью.

Я знал это, потому что находился в точно такой же ситуации, как она, только она бежала летом, а я в середине зимы. Тренируйся, как он любил говорить. Развивай мужественность, поучал он меня. Скользи по снегу, который впоследствии превращается в лед, опадая с ветвей и стебельков. Используй внутреннюю, скрытую часть себя, чтобы найти границу владений или заплати цену за неудачу.

Три дня я бежал, петлял и полз. За три дня я так и не нашел границу.

Я был найден так же, как я сегодня найду Нилу. Нет, не с помощью трекера или GPS, или даже камер, которые расположены по всему периметру владений.

Нет. У меня есть средство получше.

Мои губы сложились в коварную усмешку, когда я прошел со двора до постройки конуры. Я звонко свистнул, прислушиваясь, как мои питомцы царапают стены своего жилища и возбужденно поскуливают. Затем одна за другой собаки стали выбегать из своей конуры, прыгая друг на друга, извиваясь, будто они на электрическом стуле.

Я возвышался над ними, позволяя щенкам радостно прыгать вокруг моих ног. Их было одиннадцать, если быть точным, у каждого из них острый слух, чувствительный нюх, кроме этого они обучены охоте.

Оставив собак обнюхивать двор, я направился в специально отведенную комнату, где хранился корм, лекарственные препараты и вся амуниция для лошадей.

Я погладил руками одеяло, которым была накрыта Нила.

Мой член дернулся в возбуждении, воспоминания пронзили меня, когда я подумал, какая она была потерянная и молоденькая с соломой в волосах и заплаканными глазами. Она извивалась на моих пальцах, словно развратная шлюха. Ее бедра толкались на мои пальцы, как будто она была рождена для удовольствий.