Это война.

Обоюдная. Два игрока. Он заставил меня кончить, теперь моя очередь постичь все, что касается его, так я могу приоткрыть его тайну.

Толкнув его плечом, я почти обнажила победную улыбку, когда Джетро качнулся назад. Его глаза яростно расширились.

— Что за…

Я не стала отвечать. Вместо этого, я подобралась ближе, ни на минуту не останавливая свои действия вверх и вниз.

Его резкий взгляд стал затуманиваться, губы приоткрылись, и дыхание стало жестким.

Он толкнулся бедрами. Застигнутый врасплох битвой нужд и потребностей. Я не давала ему и возможности подумать здраво или приблизиться на шаг в своем понимании, что я выигрываю. Я забралась на него — оседлала его большое, мощное тело.

Мое сердце стучало; кровь стала гуще, и становилось все хуже. С каждым поглаживанием, которое я ему дарила, мое тело вторило движению руки на его члене, внутренние стенки влагалища сжимались. Даровать ему наслаждение-забирать удовольствие — было чистейшим афродизиаком.

Я была богиней. Я была гейшей.

Я растратила похоть по крупинкам, месть одержала верх над моими чувствами. Мне было безразлично до фамилий и нашего будущего. Я сконцентрировалась на всем, чего хотела. Это была сладчайшая эмоция из всех, которая взяла верх над сокровенным местечком между ног.

Мои движения были сумасшедшими. Я дергала, не ласкала.

Его ледяные руки схватили меня за бедра, пока он жестко толкался в мою ладонь. Наши глаза пожирали друг друга, наше дыхание было в унисон, мы стали двумя животными в лесу.

Большего.

Я хотела большего.

Стягивая его боксеры, я пыталась опустить их по ногам. Джетро подался вперед бедрами, соединяя вес нашего тела, он дал мне немного места, чтобы я могла стянуть его боксеры и джинсы до середины бедра.

В тот момент, когда его член вырвался на свободу, качнувшись и ударившись о крепкие рельефные мышцы пресса, он схватил меня за волосы, подтягивая мой рот к своему.

Мой язык покалывало от желания прикоснуться к нему в поцелуе. Но он крепко держал меня в миллиметрах от своих губ.

— Ты играешь в опасные игры, — он не смог окончить предложение, так как я провела ладонью по члену своего врага.

Я не ответила, мой рот наполнился слюной от его такой соблазнительной близости.

Опустив руку к его основанию, я взяла в ладонь его яички.

Он выгнул спину, когда я перекатила в руке тяжелую, нежную плоть.

— Боже!

Желудок скрутило, мое сердце бешено громыхало, а моя нагота нисколько не помогала скрыть, насколько сильно его желание возбуждает меня.

Его пальцы проскользнули в мои волосы, и я растянулась на нем, нагло потершись своей пульсирующей киской о его бедро.

— Ты назвал меня разочарованием. Сказал, что моя рука ни на что не годна, кроме как держать полотенце, — я прижалась своей грудью к его груди, приблизившись к его губам, угрожая поцеловать его. — Ты все еще веришь в это?

Я дернула запястьем, поглаживая бархатистую кожу его члена.

Он закатил глаза, а все его тело задрожало.

— Я докажу, что ты не прав, — я села, впившись взглядом в его разгоряченный член. Ласково улыбаясь, я пробормотала: — Разве не этого ты хотел?

Его взгляд пленил мой.

— Тут нет ничего того, чего я хотел бы.

Я рассмеялась, звук вышел немного сумасшедшим.

— И кто теперь лжец, мистер Хоук?

Одной рукой он схватил меня за горло, а другой впился в бедро. Выражение его лица помрачнело.

— Хочешь правду? Я скажу тебе гребаную правду, — его мышцы дернулись в моем захвате. — Я хочу, чтобы ты умоляла меня. Я хочу тебя так чертовски сильно, чтобы ты позволила мне делать с собой все, что угодно.

Его скрипучий голос вырвал меня из прошлого и бросил прямиком в секс.

Я сжала сильнее, поглаживая пальцами его член, помогая крови прилить к его концу.

Он получил желаемое. Позволяя мне притронуться к нему, он соблазнил меня. Я никогда не жаждала быть заполненной. Но сейчас... каждый дюйм меня чувствовал себя пустым и желающим, и нуждающимся.

Я трахаю твой рот. Я хочу погрузиться глубоко в твое горло.

Сообщение от Кайта внезапно появилось в моей голове, будто его призрак наблюдал за мной, давая мне инструкции, как разрушить мужчину, который смотрел в мои глаза со смесью злости и похоти.