Шрифт:
Двери дома выходили в огромный сад. Несколько андроидов неустанно трудились здесь над порядком. То и дело они что-то чистили, высаживали, поливали.
– А я только хотел заменить автомобиль…
– Обновить гостиную…
– Построить пирс…
– Не хочу я детей, я никогда их не хотела! – закричала Мария и стукнула каблучком.
– Да знаю я, мы же много раз говорили об этом… Если всех обяжут иметь детей, их заведут все. Мы станем обычными… Дети появятся даже у стариков.
– Я должна буду выращивать каких-то монстров!
– А наши путешествия? На них уже не будет ни времени, ни сил…
– Дети всё нам тут испортят! Весь наш дом и сад!…
– Чтобы их обслуживать нам придется купить, по меньшей мере, ещё десяток андроидов… Дома будет не отдохнуть. Шум, гам… Никаких развлечений, жить будем по расписанию, вставать придется рано по утрам…
– Это ужасно! С детьми я стану некрасивой и старой… Целые дни мне придется сидеть с ними взаперти…
– Да ты и так весь день дома! И без детей ничего не делаешь! – возмутился таким словам муж.
– Да как ты можешь так говорить?! Я весь день кручусь как муха!
– Правильно говорить «как пчела»…
– Да ты просто не замечаешь, сколько у меня дел! Ты вообще не интересуешься мной!
– По мне, так ты только тратишь то, что мы получаем от комитета…
– Да если бы не я, кем бы ты сейчас был… Это я, а не ты, ведущая в нашей паре. Кто бы ты был без меня? Это мне дают деньги, на меня оформлены все субсидии комитета. Женщина главная в паре, не ты, а я!
– Замолчи!
Муж замахнулся, но глянув на вызывающий взгляд жены, руку опустил.
– И кто только придумал этот способ экстракорпорального конструирования людей… – пробормотал он.
Глава 7
Любимов с удивлением смотрел на выданное ему только что Вертинским техническое задание.
– Станислав Евгеньевич, но зачем? – наконец, спросил он. – Мы же уже сотворили им человека, но это?…
Любимов развел руками.
– Новый проект, теперь им нужны животные, – ответил Вертинский.
– Да кошек и собак и так на каждом углу полно! – возмутился Любимов. – Они-то как раз отлично размножаются сами. Зачем нам тратить время и силы на разработку их экстракорпорального конструирования?
– Это распоряжение комитета, – ответил Вертинский. – Человечество встретиться с нашей технологией по-прежнему не готово. Придуман план постепенного продвижения технологии «Бионики» в жизнь, будем приучать к ней людей.
– Будут тренироваться на животных?
– Ну а почему нет? Будем создавать кошек, хомячков, свинок, собак. Это только одна часть развернутой многоуровневой программы. Нам с вами досталась задача изготовить некий биологический конструктор. Продаваться будет он в любом магазине как обыкновенная игра. В результате люди будут выращивать себе домашних питомцев, а в основе процесса будет лежать наша технология.
– Но мы никогда не пробовали работать с отличными от человеческих цепочками ДНК, мы были сосредоточены только на одной цели, нам нужен был человек!
– Мы создали универсальный метод, в котором не принципиально ДНК какого организма будет заложено в построение электронной модели, – спокойно продолжил Вертинский. – Это значит, что теоретически мы можем сконструировать любое живое существо, нужно только перестроить капсулу и подправить техпроцесс. Человечество не готово принять наших биоников, но кто знает, может для начала люди примут то, что мы выдадим за очередную техническую новинку.
– Биоигрушки?
– Можно назвать их и так. Мы долгое время занимались серьезной работой, настало время отдохнуть и поиграть. Будем опробовать нашу технологию с ДНК различных живых организмов.
– Должно получиться. Но что будет потом?…
– Это сумасшествие… – глядя на только что вынутое из воспроизводящей капсулы животное, произнес Любимов. – Станислав Евгеньевич, в комитете хоть понимают, что это не игрушки? Они серьезно собираются населить ими мир?
– Мы сотворили то, что было указано в техническом задании. Комитет посчитал нужным видоизменить животных. Сейчас никого не заинтересуешь тем, что само по себе уже существует в природе. А так смотрите, презабавно получилось… – ответил Вертинский, рассматривая взятого им на руки крохотного розового цвета пушистого зверька.
Малыш забавно пошевелил огромными ушами. Вертинский провел рукой по его волнистой шерсти.
– Цветные собаки, теперь вот розовые коты… – развел руками Любимов.