После воцарения Шуйского события стали обвально выходить из-под контроля. Немедленно был распущен слух, что Дмитрий спасся и с войском идет на Москву. В Москве на следующее утро на домах иностранцев и бояр написали, что царь продает дома этих изменников народу на разграбление.

Начались погромы всех подряд. Восстали многие города, не имея никаких политических программ, а просто не желая принимать авторитет Москвы. Слух о спасении Дмитрия безоговорочно воспринимался почти всеми, поэтому очень быстро появился какой-то лихой авантюрист, объявивший себя спасенным дважды Дмитрием и оставшийся в истории под именем Лжедмитрия II. Личность его также не удалось выяснить, но к нему примкнули даже те, кто отказался в свое время поддержать его покойного предшественника. Более того, новый Дмитрий был публично узнан несостоявшейся женой первого Дмитрия — Мариной Мнишек, вступившей в брачный союз со вторым и даже родившей от него сына, нареченного царевичем Иваном.

Удача первого Дмитрия вдохновила всю Россию. Число самозваных претендентов на престол множилось с ужасающей быстротой. Они выдавали себя за несуществующих детей царя Федора или Ивана Грозного от любой из его семи жен. Каждый собирал армию и шел на Москву, круша и уничтожая все на своем пути. Некоторые претенденты откровенно грабили провинцию, истребляя население и уходили с добычей на юг.

Помимо их собирались стихийные и огромные народные армии, смело вступившие в схватку и с войсками царя, и с отрядами самозванцев. Огромная армия Ивана Болотникова, соединившись с казаками лжецаревича Петра, разгромив войска Василия Шуйского, подступала к Москве.

Лжедмитрий II обосновался в Тушино, рассылая по России грамоты и воззвания. Польская армия, введенная в Россию после убийства первого Дмитрия, разложилась до уровня разбойной шайки. Совместные русско-польские вооруженные банды рыскали по стране, грабя и убивая. В другом направлении рыскали отряды запорожских и донских казаков, истребляя людей, уничтожая скот, насилуя женщин. Пылали города, пустели деревни, народ в ужасе разбегался кто куда. Вооруженные силы, задействованные в этот всеистребляющий апокалипсис, быстро становились мародерами независимо от того, под чьим знаменем они выступали. Все с каким-то воодушевлением и радостью истребляли друг друга. Одна из казачьих банд захватила Новодевичий монастырь, изнасиловав монахинь, среди которых было несколько бывших цариц и царевен.

Василий Шуйский был почти мгновенно свергнут с престола, насильно пострижен и выдан полякам, в плену у которых скончался. Убит был своими сообщниками и Лжедмитрий II. Схвачен и утоплен в полынье Иван Болотников. Отравлен Скопин-Шуйский, пытавшийся с помощью шведских войск навести порядок. Разорван на куски лжецаревич Петр. Марина Мнишек с грудным сыном бежала из Тушина, попав в руки атамана Заруцкого, неизвестно зачем возмечтавшего от такой добычи. Все трое были схвачены. Заруцкий посажен на кол, Марина зашита в мешок и утоплена в проруби, а ее несчастный ребенок публично повешен у Серпуховских ворот в Москве.

Пылали города и села, сгорела дотла Москва, на этот раз вместе с Кремлем и царскими палатами. Царские сокровищницы, включая коронационные реликвии, были похищены. Даже полы в палатах были разобраны. Царские терема сожжены. Разграблены и осквернены соборы. По России было уничтожено и разграблено храмов п монастырей не менее, чем в большевистские времена..

Несколько лет никто не сеял и не пахал. Открыто процветало людоедство. В складах и амбарах стояли бочки с человеческой солониной. Воронье кружилось над сожженными городами и селами. На площадях загубленных городов выли волки.

Все пограничные области были захвачены соседями, армии которых боялись идти дальше, чтобы не завязнуть в кровавом хаосе.

Свирепствовали эпидемии, завершая опустошение страны.

Совершенно бессмысленная и бесцельная семилетняя истребительно-беспощадная война всех со всеми унесла жизни трех царей, почти поголовно истребила сформировавшуюся за полтора последних века знать и не менее полутора миллионов людей при тогдашней численности царства чуть более трех миллионов человек. Были уничтожены все органы государственного управления, вооруженные силы и экономика страны.

Это была война, которую нельзя назвать ни революцией, ни даже каким-то мятежом, ибо она оказалась совершенно бесплодной по своим последствиям в отличие от всех современных ей (плюс-минус 50 лет) европейских революций и междоусобиц, намного превзойдя их по продолжительности и беспощадности. Фактически уничтожив страну, залив ее кровью и покрыв развалинами, эта война, по меткому замечанию историка, "не внесла в народную жизнь ни одного нового начала, не указала нового пути ее будущему". И не могла этого сделать. Обе стороны просто пришли в полное изнеможение и, переводя дух, ждали нового момента. Обе стороны обогатились великолепным опытом для будущего, пройдя, по мнению историка, великолепную практическую школу "измен, раздоров, политического безумия, лживости, двуличности, воинственного легкомыслия, распущенности и личного эгоизма".

Эта война унесла последние крохи чувства гражданственности и взаимной ответственности властей и народа. Наступало время беспредела.

Первыми пришли в себя власти и, быстро избрав для себя нового царя-отрока, стали в спешном порядке лепить модель полицейско-рабовладельческого государства, на много столетий обогнав в этом отношении все тоталитарные режимы в мире.

Но и для народа это время не прошло даром. Он научился быстро организовываться в мощные вооруженные группировки, держа власти в состояния постоянного военного напряжения и заставляя из года в год и из века в век действовать по методике Ивана Грозного…"