– Да это я от радости, от радости я, - успокоила я набежавших и встревожившихся не на шутку мужиков, и гордо показала обоими ногами «игру на клавишах».

– Ну и слава Богу, - стараясь не показывать вида, нарочито безразлично подытожил свой внимательный осмотр моих ног Андрей Викторович. – Хотел тебе до завтрашнего утра перерыв устроить. Да нельзя, дочка. Больно я знаю, но дальше полегче будет. Так что не обессудь, а в восемь вечера ко мне снова на процедуры.

– Эх, если бы вам Клавдию удалось уговорить! Жили бы рядом и в комфортных условиях,- после короткой паузы добавил он задумчиво.

– А кто такая эта Клавдия? – убоявшись было боли и на время покидавшая его харизма, снова возвернулась и Митрич бразды правления нашей небольшой гоп-компании, снова привычно взял на себя.

– Жена нашего сына,- вклинилась в разговор жена лекаря. – Это их новый дом напротив: куда во двор вы свои машины поставили.

– Мы же хорошо заплатим, - беззаветно веря в силу денег, профсоюзный босс не видел никаких проблем во временном превращении частного жилого владения в гостиничные номера.

– Да деньги здесь не причем,- перебил его Андрей Викторович, - у них в субботу новоселье. Приготовление идет полным ходом. Продукты почти все уже закуплены. Свинью послезавтра будут резать. Нет, здесь без вариантов. Поищите жилье в другом месте.

– Ну, если так,- сбавил гонор и обороты Митрич, но тут в разговор вмешался мой Александр-Великий:

– Вот и прекрасно! Я все выкуплю! И… сгуляем свадьбу!! Мы с Варенькой поженимся. Надеюсь у вас тут есть, где оформить брак? У нас с Варюшей, так уж получилось, родных и близких нет. Так что, все кто приглашен к вашим на новоселье, пусть приходят на нашу свадьбу.

– И церковь есть, и сельсовет,- снова вставила свое веское слово Екатерина Степановна, но снова усомнилась,- но как на все это посмотрит Клавдия?

– А что там Клавдия?! Ее я уговорю запросто, а вот Варю,- и неожиданно серьезно и без шутовства, мой Санька встал передо мною на колени и торжественно-тихим от волнения голосом спросил:

– Варенька, солнышко мое, ты согласна?

– Перед алтарем хотелось бы конечно стоять, а не сидеть в инвалидной коляске, но если ты так хочешь,- благодаря чудодейственному сеансу у целителя, я теперь была согласна на все.

– Торопиться, ясное дело, мы не будет,- что-то просчитывая в уме и как бы разговаривая сам с собой, задумчиво произнес Андрей Викторович,- но до субботы еще четыре дня. Думаю недолго, так, минут с пять, постоять самостоятельно ты уже сможешь. Так что, Санек, не подкачай. Иди и уговаривай Клавдию, а мы пока покурим да потолкуем о житье-бытье.

– Так чем там у них дело кончилось?- обратился он к Митричу, возвращаясь к первоначальному разговору. Наш профсоюзный босс, как потом оказалось, знал уйму курьезных, но в большинстве своем солдафонского пошиба, по крайней мере на мой женский взгляд, историй из жития пресловутых владных верхов и мог их рассказывать часами.

Но я закулисному действу «театра марионеток» предпочла откликнуться на предложение Екатерины Степановны. Как власть нас «доит», я знала не понаслышке и не раз за свой еще хотя и короткий век повидала воочию, но вот как доят обычных коров, видеть еще не приходилось. Да и корова у четы Макух оказалась, скажу я вам, не простая, а золотая, даже по моим скудным городским познаниям.

Хозяйка надоила, я просто глазам своим не поверила, полное – преполное ведро молока за одну только обеденную дойку. Да еще и с небольшим лишком: горнятко где-то чуть больше пол литра. Его, предварительно процедив через несколько слоев марли, и предложила мне Екатерина Степановна.

– Возьми, доченька, попей парного молока. В нем здоровье и сила наша женская,- и протянула мне тепленький глиняный сосуд.

Такого вкусного молока я еще никогда в жизни не пила и честно призналась хозяйке.

Та расцвела:

– Это все заслуга нашей Манечки,- и нежно похлопала по боку добродушное на вид животное.

В коровнике за нашими женскими пересудами нас и отыскал запыхавшийся мой Санечка.

– Все порядок! Договорился!! – и снова полез целоваться. Но мне перед Екатериной Степановной стало неловко и я его исподтишка приструнила.

– Может тоже молочка парного попьешь? – пожалела его все понимающая мудрая женщина.