Кирилл быстро оценил обстановку. Оружия у него нет. Никаких колющих и режущих предметов поблизости не заметно. Главное, чтобы он не успел схватить Веру за горло.

–  Я ее сюда прислал, - сказал Кирилл, выйдя из-за косяка. Он встал на пороге и направил пистолет в лоб Вешнему.

Продавщица взвизгнула и почему-то стала оседать на пол. Вешний повернул голову, и в этот момент Вера сильно оттолкнула его от себя и кинулась к Кириллу.

–  Батюшки!
– протянул Вешний, едва удержавшись на ногах.
– Кирилл Вацура! С пистолетом!

–  К стене, - сказал ему Кирилл.
– И руки за голову!

–  По-моему, ты кому-то подражаешь, - произнес Вешний, почесывая грудь, на которой отпечатались складки простыни.
– Джеймсу Бонду?.. Кирюха, дорогой, неужели это мы с тобой привязывали майского жука над головой исторички?

Кирилл выстрелил в потолок. Оглушительный звук ударил по ушам. Продавщица снова завизжала. Вешний, побледнев, что-то пробормотал и нехотя повернулся лицом к стене.

–  Руки!
– напомнил Кирилл.

Он передал пистолет Вере, а сам принялся туго стягивать скотчем руки Вешнего.

–  Надеюсь, по старой памяти ты не причинишь мне физических и моральных страданий?
– спросил Вешний.

–  У тебя насморка нет?
– спросил Кирилл.

–  Что? А при чем здесь насморк?

Не отвечая, Кирилл схватил Вешнего за кудрявые волосы, запрокинул его голову назад и налепил ему на рот кусок липкой ленты. Вешний замычал, пытаясь что-то сказать, но Кирилл уже перевел внимание на продавщицу.

–  Наденьте на него что-нибудь, - сказал он.

Продавщица по стеночке выскочила из прихожей. Через минуту она появилась со свитером. Вешний был слишком высок, и Кирилл заставил того встать перед продавщицей на колени. Перепуганная женщина торопливо натянула на Вешнего свитер. Пустые рукава Кирилл связал на груди Вешнего, потом осмотрел его со всех сторон и удовлетворенно кивнул.

–  Успокойтесь, - сказал он продавщице, которая дрожащими руками натягивала на ноги любовника носки и была близка к нервному обмороку.
– Этот человек убийца, и мы пришли сюда, чтобы сдать его милиции.

Вряд ли, конечно, Кирилл ее успокоил. Женщина в ответ только рот ладонью закрыла. Надо было видеть, какими глазами она посмотрела на Вешнего! Тот промычал, отрицательно покачал головой и шумно выдохнул воздух через ноздри.

Вера подогнала машину к дому. Кирилл вывел Вешнего, толкнул его на заднее сиденье, заставив лечь, и перетянул лентой его ноги.

–  Порядок, - сказал он, садясь за руль, и просветленным взглядом посмотрел на Веру.

–  Более дорогого человека рядом со мной никогда не было, - призналась Вера.

–  Ну что? В милицию?

–  Я думаю, что в милицию, - согласилась Вера.
– Если мы привезем его в охотничий приют, Ирина сделает все возможное, чтобы его прикончить и снова кинуть тень на брата.

Вешний промычал.

–  Не хочет в милицию, - по-своему понял его Кирилл и взялся за рычаг передач.

Вера волновалась и терзала в руках латексный скелетик-талисман, который сорвала с ветрового стекла. Она думала о том, как бы ей самой не загреметь за решетку вместе с Вешним. Кто знает, что произошло в охотничьем приюте за минувшие сутки. А что, если там уже вовсю работает следственно-оперативная бригада и Вера, как соучастница террориста, объявлена в розыск?

Она поглядывала на Кирилла и недоумевала, почему он не предположил такого поворота событий. Оказывается, Кирилл именно об этом и думал.

–  Может быть, тебе сразу написать заявление о том, что с тобой случилось на «вышке»?
– вслух размышлял он.
– Напишешь, что брат по радио попросил принять от неизвестного тебе человека посылку. О ее содержимом ты ничего не знала. Ты приняла посылку, но какие-то отморозки… Ну, и так далее.

Вера пожала плечами.

–  Нам важно опередить Ирину, - продолжал убеждать самого себя Кирилл.
– Одно дело давать показания следователю, к которому доставили в наручниках. И совсем другое - самому подавать иск. Ну так что?

–  Я не знаю, - призналась Вера.
– Как скажешь, так и сделаю.

Она доверила всю ответственность за свое ближайшее будущее ему. Кирилл это сразу понял и попытался разгадать, нарочно она это сделала или нет. Если нарочно - значит, проверяла, насколько он связывает свою судьбу с ее судьбой, следовательно, в какой степени она может отпустить тормоза и впасть в любовное беспамятство. Если же она доверила себя ему помимо собственной воли, значит, просто устала или же проявила обыкновенное женское безволие.