Райан и Сержант быстро поладили. То есть, после того, как Сержант предупредил Райана, что он все еще может убивать голыми руками, и если он причинит мне боль, то никогда не поймет, откуда придется смертельный удар. Райан сглотнул и только проговорил:

— Вам не придется беспокоиться об этом, сэр. — И тогда они быстро стали друзьями.

Я наблюдала за ними, пока они разговаривали. Я немного волновалась по поводу Сержанта. Возраст и годы злоупотребления алкоголем оставили на нем отпечаток. Его смуглое лицо было испещрено морщинами, и я заметила, что его волосы были почти полностью седыми.

Прежде, чем мы собрались уезжать, я позволила ему крепко себя обнять, а затем посмотрела ему прямо в глаза.

— Ты в порядке, Сержант?

— Разумеется. Почему ты спрашиваешь?

— Просто ты выглядишь немного уставшим, и я хочу убедиться, что ты заботишься о себе.

Он смеется.

— Перестань волноваться своей симпатичной головкой обо мне. Я в порядке.

Я обнимаю его и снова шепчу:

— Я не могу потерять тебя, так что тебе лучше говорить мне правду.

Сержант поцеловал меня в лоб и сказал мне рвать когти. Он пожал Райану руку, и мы отправились дальше.

Я перебрала в памяти прошлую ночь и начала одеваться.

Сегодня мы с Паулой собираемся на открытие хоккейного сезона Райана. Я надеваю джинсы и футболку с длинным рукавом, одну из старых хоккейных маек Райана, которые он дал мне поносить. Она пахнет, как он, и это наполняет меня странной смесью похоти и комфорта.

Мой телефон издает короткий сигнал, и я смотрю на него. Это сообщение от Райана, и я не могу сдержать улыбку, которая растягивается на моем лице. Кажется, улыбаться — это все, на что я способна, когда нахожусь с Райаном, и для меня это нормально. Я читаю его сообщение.

«Сижу в раздевалке, переодеваюсь. Думаю о тебе».

Я быстро отвечаю.

«Забавно. Я одеваюсь и тоже думаю о тебе».

Он реагирует быстро.

«Ммммм. Сейчас я думаю о тебе одевающейся».

Господи, теперь я думаю о нем, думающем о том, как я одеваюсь, и нечто странное происходит с моим желудком.

«ЛОЛ! Перестань думать о таких непристойностях и играй. Увидимся позже. Удачи».

Он не отвечает, так что я откладываю телефон и заканчиваю приготовления.

Мы на «Мэтьюс Арене» и ищем наши места, когда «Хаски» выходят на лед для разминки. Райан дал мне билеты, так что он точно знает, где наши места, которые находятся всего в двух рядах от стекла за скамейками команды «Хаски».

Я с жадностью наблюдаю за ним, как он катается на коньках по кругу. Он шикарно выглядит в своей форме и примерно в десять раз больше, чем в жизни. Он в шлеме, но, когда катится на коньках, ветер сдувает его длинные пряди назад, бросая их на его идеальное лицо. Он не побрился сегодня, и щетина заставляет его выглядеть диким и опасным.

Команда покидает лед после десяти минут разминки и упражнений, когда я слежу за Райаном, шагающим в туннель, Паула толкает меня в плечо.

— Девочка, да ты влипла.

— Что? Что значит, я влипла?

— Не придуривайся, Даниэлла Кросс. Ты влюблена в этого парня.

Я смеюсь. Я могла бы влюбиться в него, но еще нет. Я знаю его чуть больше недели. И просто не может быть, чтобы я влюбилась. И я говорю это Пауле.

Она просто говорит:

— Мммм. Хмммм. — И сохраняет на своем лице самодовольный взгляд.

Вскоре свет становится тусклым, и арена сотрясается громкой рок-музыкой. Объявляют основной состав «Хаски». Когда я слышу:

— И в начале, приветствуем центрального нападающего и капитана команды, Райана Бёрнэма. — Я поднимаюсь со своего кресла и кричу, наверное, громче всех на арене.

После начала игры, я прикована к разворачивающемуся действию. Я взахлеб наблюдаю за Райаном, как он смотрится на льду. Он полностью сосредоточен на игре. До конца первого периода он помогает забить гол. В то время как катится обратно к судье, который отсчитывает минуты для замены звена до окончания периода, он смотрит туда, где сижу я, и улыбается мне. Просто небольшое подтверждение... что он думает обо мне во время игры... заставляет мое сердце сильно биться. Я смотрю на Паулу и все, что она говорит, это:

— Мммм. Хмммм.

В конце первого периода Паула выбегает покурить, а я иду в туалет и затем покупаю для нас попкорн и напитки. Я возвращаюсь обратно на свое место раньше Паулы и с радостью сажусь и начинаю жевать свой попкорн, когда кто-то садится рядом со мной. Думая, что это Паула, я поворачиваюсь, чтобы улыбнуться ей, но Энджелин застает меня врасплох, когда я вижу, что там сидит она.

Она ничего не говорит, а просто холодно оценивает меня.

Наконец я говорю:

— Привет, Энджелин.