Другой путь разрешения конфликта куда более утончен, и позволяет достичь впечатляющих результатов с волшебной грацией и изяществом, порой наводящими на мысль о мистификации и обмане. Для своей реализации он требует несравненно большего количества тренировочного времени, а также непременно известной талантливости в форме той самой обостренной безошибочной интуиции, быстроты реакций и молниеносной легкости перемещений, вытекающей из отменной общей культуры движения.

Этим путем следуют величайшие направления боевого искусства, одни только названия которых вызывают благоговейный трепет – Дзю-дзюцу (большинство школ), Айкидо и Хапкидо (что, впрочем, есть все то же старое доброе Дайто-рю Айки-дзю-дзюцу), Тайцзи-цюань, Багуа-чжан, Синьи-цюань (и множество аналогичных «внутренних» стилей), ряд древнейших школ Кэн-дзюцу и некоторые другие.

Данный принцип отвергает прямое столкновение и противоборство. Мы никак не должны мешать атаке противника, наоборот, помогать ему, распахивать ворота и двери, за которыми его поджидает замаскированная яма (зачастую с колом посередине). Как известно, все явления, достигнув зенита, обращаются в свою противоположность. Согласно этому стародавнему постулату, неодолимая атакующая мощь рано или поздно обернется феноменальной слабостью, глубина которой тем больше, чем выше вздымался «девятый вал» напора. На деле хладнокровный боец, постреливающий отдельными сухими движениями и караулящий нужный момент для финального приема, куда опаснее звероподобного чудовища, что опрометью бросается на вас с целью порвать, как мойву – разумеется, если вы способны свалить его хорошим ударом, скажем, в затылок, а то ведь, пожалуй, и порвет.

Когда безумная Ян, подчиняясь закону Неба, сменяется податливой Инь, самое время брать весла в свои руки и направлять развитие событий в нужную сторону, ибо какие-то краткие мгновения ваш противник совершенно беспомощен, послушен малейшему усилию и слаб, как будто сам Дракула целую ночь пил из него кровь. Понятно, что для достижения полноты его атака не должна встречать сопротивления. Правда, существует коварный иезуитский вариант, при котором мы создаем иллюзию противодействия, заставляя тем самым вкладывать еще большую силу и истощать последние резервы.

Но говорить легко, а выполнять как-то не очень. В нашем случае это означает годы и годы упорных занятий, причем не только физических, но и направленных на воспитание совершенно определенных душевных качеств. Когда перед носом свистит острый меч или тяжелая суковатая палка, непросто воплотить в жизнь главную особенность данной техники, которая требует, чтобы оружие проскакивало буквально впритирку, а отнюдь не в полуметре от тела. Иными словами, его «пули» должны прошивать нам шляпу, складки одежды, и даже царапать кожу. Промах на сантиметр остается промахом, а все остальное – пустые эмоции. Реально же такое хождение по лезвию и висение на волосках предполагает неординарную крепость духа и ледяное хладнокровие, которыми славились лишь самые отпетые самураи. Зато и результат того стоит, не оставляя противнику ни единого шанса.

Технически задача решается двумя основными приемами, в зависимости от его действий. Когда атака носит вертикальный круговой (татэ) или тычковый проникающий (цуки) характер, очень просто уйти с линии удара шагом в сторону (можно с подходом или отходом) или поворотом на месте, плюс легкий уклон. Такие маневры не представляют труда даже для новичков, и быстро входят в плоть и кровь, обретая стойкость привычки, поскольку они естественны и присущи от природы всякому живому существу. И кошка, и курица, и маленький ребенок абсолютно бездумно и четко уворачиваются от налетевшей опасности. На долю тренера остается лишь подкорректировать и огранить существующий рефлекс, придав ему осознанные стилевые формы.

Куда как сложнее нейтрализовать горизонтальные (ма-ваши) и диагональные (кеса, нанамэ) атаки, так как обыкновенно такие удары имеют глубокий проносной характер, и убегать по ходу их движения бесполезно. Подобным бегством возможно смягчить контакт, но никак не «обнулить» его вовсе.

Проще всего обходиться с двумя видами идеально горизонтальных маваши – с направленными точно в голову (дзёдан) и точно по ногам (гэдан) ударами. В первом случае мы проседаем под траекторией, во втором – выпрыгиваем над ней. Оба способа хороши и эффективны, но лишь тогда, когда мы однозначно правильно уловили характер движения, поскольку ошибка имеет печальные последствия, а допустить ее легко, ибо смена уровня удара быстра и малозаметна, а скорость его велика.

Гораздо неприятнее удары на среднем уровне, а также весь веер диагональных ракурсов, оставляющие нам всего две возможности – либо разорвать дистанцию в надежде, что оружие проскочит мимо, либо стремительно войти внутрь круга, где движение не обладает губительной скоростью. Однако, отскочив назад, мы лишаем себя шанса на легкую контратаку, поскольку для её осуществления придется гасить собственную инерцию отхода, затем возвращать себе центровку, и только после этого двигаться вперед. За этот огромный промежуток времени опытный противник трижды достанет вас своим мечом или шестом, а в лучшем случае он просто получит вторую попытку и начнет атаку снова. Увы, абсолютное большинство из нас именно так и реагирует, повинуясь коварному инстинкту самосохранения. Победить душегуба можно только мгновенным входом в «центр циклона», но не прямо, а вращаясь согласно с ним в ту же сторону. Таким образом, наш «вход» будет иметь спиралевидный характер, что позволит немедленно контратаковать любым приемлемым способом (например, локтем), либо пойти на болевой замок с броском, если вы исповедуете соответствующую технику. Ничего хитрого или трудноисполнимого здесь нет, и единственным препятствием на пути к виктории остается наш собственный страх, не позволяющий вот так, прямо, идти навстречу опасности. Следовательно, упор в тренировках нужно сместить в сторону психологии, поскольку нам предстоит не просто раскрепоститься, но наработать устойчивый двигательный рефлекс «входа» при малейшем агрессивном поползновении. Однако нельзя не отметить, что чистый спасительный вход без немедленных нейтрализующих действий элементарно опасен и чреват тем, что вы попросту оказываетесь в лапах врага в прямом смысле слова. Всякий, имеющий хотя бы базовые борцовские навыки, тотчас задавит вас или воспользуется своим оружием для какого-нибудь удушающего приема (ну, разве что вы сильны; как медведь, и только мечтаете сойтись вплотную).

Хочу еще раз подчеркнуть, что подобная тактика именно в силу своей неестественности требует длительной осознанной наработки с целью загнать её в подсознание и в рефлексы до самых глубинных пластов, вытеснив при этом привычку к беготне, так как именно горизонтальные и косые удары являются самыми излюбленными при нападении.

Умея проделывать все вышеописанные маневры и понимая связанные с ними опасности и ловушки, стоит подумать о характере своих собственных наступательных действий, чтобы вы не были коварно пойманы в упоительный момент азартной атаки. Золотое правило тут одно -не отдавайте свой центр, «точку», во власть инерции, чем не преминет воспользоваться ловкий оппонент. Пусть в сознании ваша атака умрет до своего завершения, не нужно любоваться красотой и четкостью собственных действий, хоть бы они и были само совершенство. Забудьте о них уже в момент их рождения. Пусть ваш удар летит туда, куда был направлен, не занимая места в голове, потому что позади вас и сбоку толпятся (такое должно предполагаться всегда) новые неприятели. Если вы начнете, будто паук муху, обрабатывать первую жертву, её ассистенты мигом пресекут вашу возню и злорадное самолюбование. Желание растерзать недруга, хоть и понарошку, закрепощает разум и загоняет его словно в туннель, тогда как ему всегда надлежит оставаться центрованным, непредвзятым и отрешенным.