Джаг вновь и вновь возвращался к своим проблемам. Конечно, сейчас его положение изменилось к лучшему, но он по-прежнему оставался рабом, зависимым от дьявольского ошейника. Он уже успел осмотреть вблизи таинственный второй вагон, но так и не узнал ничего нового. Получить существенную информацию можно было только одним способом — проникнув внутрь вагона, но пока эта возможность исключалась: часовой в коридоре постоянно охранял вход. К тому же, попади Джаг в коридор, он ничего не смог бы сделать — у него не было ключа.

Джаг неоднократно расспрашивал Розу, как Галаксиус открывал двери, но каждый раз она уклончиво отвечала, что никогда не замечала у Супроктора никакого ключа. А он, каким бы маленьким не был, рано или поздно все равно попался бы на глаза.

Не сдвинулись с мертвой точки и сердечные дела Джага, ибо все свободное время он посвящал коню, приручая его к себе. Он довольствовался тем, что издали наблюдал за Монидой, и при этом старался найти оправдание своей нерешительности.

Во второй половине дня, когда поезд проходил вдоль бурного и шумного горного потока, в дверь купе постучал Кавендиш.

— Есть работа, — сообщил он. — Одевайся потеплее и подходи к новым вагонам.

Заинтригованный, Джаг быстро собрался. Он был один. Роза получила место портнихи у придворных и фаворитов Галаксиуса и большую часть времени занималась изготовлением моделей, нарисованных заказчиками.

Как только поезд остановился, Джаг соскочил на землю. Кавендиш уже был на месте в компании с тремя вооруженными охранниками. Человек десять рабов под командованием Отиса устанавливали пандус у второго вагона, купленного в Томболл Пойнте. Когда его дверь откатилась в сторону, Джаг испытал настоящий шок.

В вагоне стоял автомобиль.

Это был старинный, окрашенный в красный цвет вездеход 4x4 с реечной рулевой передачей и турелью наверху. Из прозрачного пуленепробиваемого пузыря турели торчал ствол тяжелого крупнокалиберного пулемета. Борта машины защищали бронированные плиты, а лобовое бронестекло было способно выдержать даже прямое попадание снарядов 20-миллиметровой автоматической пушки.

— Что это такое? — с удивлением спросил Джаг, который рассчитывал на верховую прогулку.

— Дрезина, — объяснил Кавендиш. — Правда, не совсем обычная модель, должен признать, но в нашем деле лучше перестраховаться.

Когда машину стали спускать на землю, Джаг снова удивился:

— Но у нее же колеса без покрышек! — воскликнул он.

Броневик и в самом деле катился на ободах.

— Дрезина передвигается по рельсам, — успокоил его Кавендиш. — Обычно она служит для наблюдения за состоянием путей и перевозки ремонтных бригад. Это также очень надежное средство передвижения, гарантирующее максимальную безопасность, особенно, когда едешь по незнакомой местности. Нам нужно добраться до станции Барага. Это довольно далеко отсюда, да и дорога оставляет желать лучшего, поэтому мы оставим лошадей в конюшне.

Теперь ярко-красное бронированное чудище стояло на земле, напоминая собой гигантскую жабу. Спереди к двутавровым балкам, служившим буферами, крепился путеочиститель. Канат был сварен из стальных листов толщиной свыше десяти миллиметров.

Внезапно машина глухо заурчала и тронулась с места, подобно огромному насекомому, которое из-за своего веса никак не может взлететь.

С помощью съемных ремонтных секций пути дрезину поставили на рельсы впереди паровоза.

— Лопата не нужна, Чико? — засмеялся Потреро, выглядывая из своей кабины.

Джаг помахал ему рукой и устроился вместе с двумя охранниками на заднем сиденье.

Хлопнули дверцы, и дрезина помчалась вперед.

Они не пожалели, что оставили лошадей в конюшне.

Вот уже целый час дрезина шла в гору по не очень крутому, но равномерно уходящему вверх склону. По обе стороны железнодорожных путей возвышались обрывистые каменные стены, которые возносились к небу на такую высоту, что иногда невозможно было даже разглядеть вершину.

В дрезине было невыносимо жарко, стоял отвратительный запах перегретого мотора и выхлопных газов. Сидя на заднем сиденье, Джаг во все глаза следил за действиями водителя, работа которого отличалась сложностью, поскольку машина шла по рельсам. Однако Джаг не скрывал своего восхищения и засыпал Шера кучей вопросов, перескакивая с режима работы двигателя на показания таинственных приборов на панели управления.

Поначалу словоохотливый Шер устал отвечать на бесконечные вопросы Джага и теперь отделывался от него односложными «да» и «нет».