Оправившись от потрясения и полностью придя в себя, Кавендиш изумленно таращился по сторонам.

— Послушай, неужели ты и в самом деле управляешь самолетом? — недоверчиво спросил он.

— Да, здесь нет никакого колдовства, нужно просто чувствовать машину, — с улыбкой ответил Джаг. — Самолет, как и конь, поддается укрощению. Если ты можешь приручить коня, значит сможешь управлять и самолетом! Хочешь попробовать?

Кавендиш, зачарованный окружающим видом, не ответил. Раньше ему никогда не доводилось видеть землю с высоты птичьего полета. Вдали, над бескрайней равниной, небо вдруг вспыхнуло ярким фейерверком метеоритного дождя. Чуть в стороне проснувшийся вулкан извергал тучи пепла и раскаленные потоки лавы.

Когда «юнкерс» сделал очередной вираж, Кавендиш произнес:

— Возможно, я зря сомневался в твоих способностях по укрощению аэропланов, но мне кажется, мы летим слишком долго. Не боишься, что у нас кончится топливо? Что мы тогда будем делать?

— В любом случае у нас нет выбора, — ответил Джаг, совершенно не представляя, по какому из приборов следует определять количество оставшегося топлива. — Но думаю, что чем меньше запас горючего, тем меньше шансов взорваться при посадке.

Встав на колени на заднее сиденье и ухватившись за спинку кресла пилота, Кавендиш хрипло спросил:

— Джаг, а ты сумеешь посадить самолет?

— Это очень тонкий маневр, — уклончиво ответил Джаг.

— Но ты же умеешь останавливать коня! Или нет?

Джаг не ответил, сделав вид, что внимательно изучает местность внизу. Самолет летел над пустошью, изрезанной оврагами и поросшей красно-желтыми кустарниками.

Впереди, у самого горизонта, вырисовывалась горная гряда. Она быстро приближалась, и Джаг растерялся. Он вдруг понял, что этот пейзаж очень здорово напоминает ему тот, который он видел в своих странных видениях на авиазаводе. Именно в этих горах охотники подстерегали крылатых людей.

— Вот мы и прилетели! — срывающимся голосом произнес Джаг.

Ничего не понимая, Кавендиш нахмурил брови. Он хотел было уточнить, что именно Джаг имеет в виду, но летевший впереди Энджел, тревожно вскрикнул и стрелой взмыл в небо. В тот же миг загремели выстрелы, эхо которых прокатилось по лесистым склонам холмов.

— Что происходит?! — завопил Кавендиш.

— Это охотники за крылатыми людьми! Они обстреляли Энджела!

Уже довольно сносно освоив управление самолетом, Джаг бросил «юнкерс» в пике, направляя его к оврагу, где прятались охотники. Душераздирающе завыла сирена, и до смерти перепуганные охотники в панике бросились врассыпную.

Благодаря атаке Джага, Энджелу удалось выиграть время и быстро набрать высоту. Он поднялся на вершину горы, и связь между ним и самолетом прервалась. Джаг вдруг с ужасом осознал, что теперь вынужден будет самостоятельно управлять «юнкер-сом». Инстинктивно он потянул штурвал на себя и вывел самолет из пике буквально перед самым склоном освещенного солнцем холма.

Мотор несколько раз чихнул, и самолет начал клевать носом. Как Джаг ни старался, он так и не смог заставить машину вновь набрать высоту. «Юнкерс» стремительно падал, сопровождаемый ужасающим воем сирены.

Совершенно бессознательно Джаг повторял движения, которые раньше выполнял под руководством Энджела. Он опустил закрылки и сбросил газ.

Что-то неразборчиво бормотавший у него за спиной Кавендиш вдруг заорал:

— Будь проклято все то, что летает, и тот, кто думает, будто умеет летать!

Рухнув на тело лежавшего позади старика, Кавендиш сжался в комок и приготовился к самому худшему.

Колеса шасси от удара о землю отлетели в стороны. Проутюжив брюхом несколько сот метров, самолет подскочил, перевернулся через крыло и замер, подняв тучу пыли.

Спустя некоторое время пыль улеглась, и над обломками самолета показалась шляпа Кавендиша. Быстро расстегнув ремни, которые удерживали Джага в кресле, разведчик выволок его из кабины и потащил прочь от разбитого самолета. Джаг чуть дышал, но никаких ран на его теле, кроме ссадины на лбу, не было видно.

Прислонив Джага спиной к большущему валуну, Кавендиш перевел дух. Внезапно за его спиной раздалось громкое восклицание:

— Кавендиш, старый разбойник! Неужели это ты? Ну и способ ты выбрал, чтобы вернуться к людям!

Молниеносно положив руку на рукоять своего револьвера, Кавендиш обернулся, словно ужаленный… И его глазам предстало прелестное создание, от вида которого смутился бы любой, даже самый закаленный боец.

Расставив длинные стройные ноги и положив руки на бедра, на разведчика с улыбкой смотрела очаровательная женщина в коротких шортах из черной кожи, перетянутая двумя патронными лентами, скрещенными на высокой упругой груди.

Слегка оправившись от шока, Кавендиш медленно расправил плечи, снял шляпу и прошептал: