Я теснее закуталась в плащ и зыбко обхватила себя руками. Дождь все шел и шел, мирно стучал каплями по скале, шуршал по земле, и под его убаюкивающие звуки я все же уснула, чуть подрагивая от холода.

Где-то среди ночи я почувствовала, как обнимает меня что-то большое и горячее и подумала сквозь сон, что вернулся Эххо, и лишь краем сознания поняла, что для воздушного зверя слишком уж объятия материальны. И размеренный стук сердца под моей щекой никак не мог принадлежать ветру. Я даже хотела проснуться, но кто-то внутри меня запретил, коротко и властно приказав спать. И я послушалась. К тому же, стало так восхитительно тепло и хорошо, что я соскользнула в сон, и проспала до самой зари.

Утром я проснулась первой. Подняла голову, осмотрелась. Полежала немножко, зарываясь носом в мех на плаще Арххарриона, в которой была укутана. И решительно встала.

Самого демона под навесом снова не было.

Эххо нетерпеливо бился в стены, просился на волю, я отпустила. Он вихрем вылетел из под навеса, разметал плащи и волосы, и умчался. Я поблагодарила его за Ксеню, понимая, что долго оставаться на одном месте непоседливому ветру тяжело.

Я потянулась, разминая затекшее после сна тело, расплела волосы, собираясь переплести. Взгляд не увидела, почувствовала.

Лорд Даррелл лежал, укутавшись в плащ, и рассматривал меня, не мигая.

— Благое утро, — сказала, торопливо переплетая косы.

— Как спалось? — сухо спросил он, все так же рассматривая меня.

— Хорошо, — удивилась я его тону, — а вам?

Лорд поднялся одним рывком, сбросил плащ.

— А мне не очень, — сказал он и пошел к выходу из-под навеса.

Я недоуменно пожала плечами и отвернулась. И тут же наткнулась на такой холодный и злой взгляд, что вздрогнула от необъяснимого страха. Но длился он лишь долю мгновения, лишь мимолетный миг, тут же сменившись привычным и чуть сонным выражением. Ксеня улыбнулась, и я даже подумала, что мне почудилось.

Наскоро позавтракав и собрав вещи, мы собрались в путь. Дождь закончился, но утро было довольно прохладным, так что все снова укутались в плащи. Лошадки с удовольствием отмеряли дорогу, торопясь уйти как можно дальше от Черты, мы хотели того же.

Через пару часов мы вошли в узкий каньон, который словно прорезь разделял Свободные горы.

Я с любопытством рассматривала отвесные скалы, высившиеся по обеим сторонам, мелкие камни, усыпающие землю с чахлыми травинками между ними. Еще через час каньон стал совсем узким, так что пришлось выстроиться в линию друг за другом, и пустить лошадей шагом, опасаясь, как бы рысаки не подвернули копыто на этих валунах.

— Далеко до Граама? — спросил Шайдер. Сегодня он был явно не в настроении, хмурился и всю дорогу молчал.

Арххаррион поднял голову, осматривая отвесные скалы.

— Шайдер, — сказал он, — у тебя не восстановился резерв? Ты нечего не чувствуешь?

— Нет, а что? — лорд Даррелл напрягся, повернулся в седле, тоже осматривая скалы. Мы тоже обернулись.

— Возможно, ничего, — помолчав, сказал демон и тронул поводья. — поехали.

Я прикрыла глаза, прислушиваясь.

И сразу на меня обрушилась Жизнь…

Много, слишком много жизни! Я слышала траву, под копытами наших лошадей, и песню камня, и птенцов в углублениях скал, и мелких ящериц, греющихся на солнце… И огромных драконов в восточных пещерах. И мелких зверьков в лесах. И диких хищников у подножия гор… И сотни, тысячи других голосов, дыханий, сердец и тока крови разом ворвались в мою голову дикой какофонией, от которой моя голова чуть не лопнула, а разум взорвался болью!

От неожиданности я вскрикнула, бросила поводья и прижала ладони к вискам, пытаясь сдержать обрушившуюся на меня лавину звуков.

— Ветряна!

Я не поняла, кто меня позвал, только почувствовала, как поверх моих рук легли теплые ладони.

— Я помогу! Ветряна! Пусти меня, я помогу!

Ничего не соображая от боли, я открыла мутные глаза и заглянула в темные, в которых уже дрожала желтизна.

— Пусти меня, — прорычал Арххаррион.

И я послушалась, чуть отодвинула стену, которую воздвигла внутри себя, позволила огню Хаоса взметнуться пламенем. Закусив губу от боли, я смотрела в его глаза, чувствуя, как разливается внутри его уверенность, его сила. Как утихают звуки, задавленные беспощадной волей, и отступает страх.

— Что это было? — дрожащими губами спросила я.

— Кровь схитов. — усмехнулся он. — Глупая, контролировать не умеешь, а открылась почти полностью.

— Я не знала, — прошептала я, — не знала…Спасибо.

Он кивнул, отвел ладони, и молча вернулся во главу нашей процессии.

Данила и Ксеня сочувственно мне помахали, лорд Даррелл невесело улыбнулся и тоже отъехал. Я посмотрела на спины впереди меня и очень осторожно потянула на место свою стену. Огонь Хаоса грозился сжечь меня до тла.