Нет, они бежали, словно в аду.

— Хорошо, не больше пяти минут, — монотонно сказала я Монро, но она была слишком занята, целуясь с Тексом. Хмммм… Не то чтобы я находила рыжего привлекательным, но он был отчасти симпатичным, когда его язык был за зубами, и он не был в стельку пьяным, и не трахал мою соседку.

Так что, днем он был достаточно милым. А вот ночью? Не совсем.

— Эй, новенькая, — произнес мужской голос позади меня.

Я повернулась.

Феникс стоял с двумя напитками в руках. Он далеко бы пошел со своей привлекательной гарвардской внешностью. Его песочного цвета волосы были зачесаны набок, но, безусловно, это работало на него, потому что это выделяло его черные густые ресницы на фоне шоколадных глаз.

— Выпивка? — он протянул красный пластиковый стаканчик.

— Ты добавил туда рогипнол (*запрещенное снотворное без цвета, запаха и вкуса)? — спросила я дружелюбно.

— А если я тебе не отвечу? — сказал он с невозмутимым видом.

Болезненное ощущение в желудке появилось снова.

Он тепло улыбнулся и наклонил голову:

— Возьми напиток, Трейс. Я уверяю, что не подмешал наркотики…

Я взяла стаканчик и неуверенно сделала глоток.

— В этот раз, — закончил он.

— Приму к сведению.

Он обнял меня одной рукой и повел наружу. Я до сих пор не знала, как было душно в этой маленькой комнате. Это была одна из домашних вечеринок, проходивших в кампусе. Один из охранников буквально следил за происходящим, так что дети могли напиться, не беспокоясь о вождении или совершении глупых поступков.

Здесь на самом деле не было никаких правил?

— Шестое правило… — Феникс положил руки на перила балкона и вздохнул, — никогда не брать напитки у незнакомых людей.

— Ты позиционируешь себя как незнакомого? — спросила я, делая ещё глоток.

— Нет. Мы… — он словно задумался об этом на несколько секунд, — друзья.

— Вау, наверное, было сложно произнести это вслух.

— Ты должна быть более осторожна, — он вздохнул. — Послушай, я даже не знаю, почему говорю тебе это. Если Никсон узнает, он порвет меня. Он просто хочет защитить тебя. Ты не знаешь, какие здесь люди. В смысле, ты с фермы и для тебя это чуждо.

— Ты говоришь как он, — я поиграла с пластиковым стаканчиком в руках и затем села на балкон. — Здесь всем меньше двадцати одного, да?

Он пожал плечами.

— Некоторым да, некоторым нет.

— И они так плохи, что вы, ребята, организовали собственную мафию, чтобы держать все под контролем? Я не верю в это. Извини, но как же охрана, взрослые, учителя?

Феникс уставился в пол.

— Они смотрят в другую сторону.

Он выглядел так, словно у него две головы. Я облизнула губы. У меня пересохло горло. Я выпила ещё немного жидкости из стаканчика. Я почувствовала сухость. Допив, я положила его обратно на перила и посмотрела на Феникса.

— Я… у меня жажда.

Он ухмыльнулся.

— Правда? Не хочешь немного моего?

Я протянула руку, чтобы взять его стаканчик и выпила всё залпом. Это опрокинуло край, достаточный для того, чтобы приземлиться на чью-то голову. Они показали мне средний палец. Во всяком случае, я думаю, что они сделали это. Я видела около двадцати пальцев.

Что-то было не так. Мой рот был как тряпка.

— Т-ты сказал, что нет наркотиков…

Почему мои слова звучали так забавно?

Феникс громко рассмеялся.

— А так же я сказал новому учителю истории, что был девственником, который нуждался в пожилой опытной женщине.

Он прижал меня к себе и запрокинул голову.

— Сейчас ты увидишь, почему нуждаешься в нас. Не волнуйся. Я не позволю кому-нибудь навредить тебе. Я сделаю это для Никсона. Так, чтобы он смог увидеть. Ему нужно увидеть. Никто не может контролировать нас, особенно какая-то фермерская девчонка, которая мычит перед всем студенчеством.

Меня отнесли и толкнули. Я не была совсем уверена, но неожиданно мы вернулись внутрь, он отнес меня вниз по лестнице и вывел к передней части дома. Я пыталась вырваться, но у меня словно не было сил. Это плохо. Очень плохо.

— П-помогите… — это был слабый плачевный крик. Вообще-то, это звучало громко для меня, но сейчас все было очень громко.

— Феникс… пожалуйста.

— Прости, Трейс. Я, правда, должен. Это для твоего же блага.

Как это средство могло быть для моего же блага?

Вот то, что я хотела прокричать ему, но когда открыла рот, ничего не произошло.

— Какого черта, Феникс! — я услышала другой мужской голос.

Пожалуйста, пусть это будет учитель или кто-нибудь, или даже Текс!