Студенты озирались по сторонам. Кое-кто из парней пытался успокоить всхлипывающих девушек и заслонить их собой. Другие съежились на скамейках и дрожали. Похоже, они думали, что наступил конец света.

— Ты не имеешь права вторгаться сюда, — объявил Гэбриэль. — Твое присутствие здесь неоправданно.

— Как и твое, брат, — ответил Гамиил. — А как в Царстве Небесном нынче смотрят на изменников?

— Защита невинных не делает меня изменником, — возразил Гэбриэл. — Но по чьему приказу действуешь ты?

— Мы трудимся, дабы служить Царствию, — гордо отозвался тот.

— Не лги мне, — громогласно возвестил Гэбриэл.

Гамиил указал на меня.

— Этот ангел нарушил закон. Ее деяния не будут прощены.

— Как и твои, — произнес Гэбриэл.

— Тебе не стоило затевать игру в прятки, — проговорил Гамиил презрительно. — А то мы бы еще долго гадали, где вы прячетесь.

— А для тебя самое главное — ущемленное себялюбие, да? — с отвращением вымолвил Гэбриэл. — Гордыня — опасная штука, брат.

— Речь идет о правосудии.

— Тогда почему бы тебе не отпустить их? — предложил Гэбриэл. — Пусть Он сам все рассудит. Уверяю: убийств Он не допустит.

— Нет, — нагло фыркнул Гамиил. — Сейчас Он не может подойти к телефону. Так что наказывать или нет — решать нам.

В результате Гамиил упорно избегал вопросов Гэбриэла о Господе. Он знал, что Семерки — приверженцы своей собственной извращенной идеи правосудия. Я гадала, в какой момент небесное воинство стало мятежной силой, которую, скорее, не уважали, а боялись.

Гэбриэл расправил крылья. Студенты ахнули.

— Нет, брат.

— Здесь нет твоей власти, архангел, — небрежно бросил Гамиил.

— Я мог бы уничтожить тебя.

— Разумеется, но при этом будет отнята жизнь у множества людей.

И Гамиил кинул красноречивый взгляд на заплаканных девушек и парней.

— Тогда открой двери, и пусть в зале останутся лишь те, кто тебя интересует, — сказал Гэбриэл.

Но Гамиил проигнорировал призыв к справедливости.

— Поздно, — заявил Гамиил. — Они все должны погибнуть.

Некоторые тут же разрыдались. Кое-кто зажмурился. Наверное, надеялись, что им снится кошмар.

— Они невиновны, — возмутился Гэбриэл.

— Твоя привязанность к смертным, сотворенным из праха, делает тебя уязвимым, — парировал Гамиил. — Предлагаю тебе подумать о твоем же будущем. А они, между прочим, наследники и носители греха Адама.

— А зачем на Землю был послан Христос? — осведомился Гэбриэл. — Он заплатил их долги, Он смыл с них первородный грех Своей кровью. Почему ты переиначиваешь истину?

— Ты собираешься помешать мне? — дерзко поинтересовался Гамиил.

— Ты скоро пожалеешь о своем поступке, брат, — отчеканил Гэбриэл.

И рядом с ним возник пылающий янтарный шар, который начал преображаться в фигуру. Я увидела яркие кудри и глаза цвета дождевых капель. Это же Айви, моя сестра! Она принадлежала к высшему ангельскому чину и легко перемещалась на огромные расстояния. Гамиил попятился. Айви подняла руку, и из кончиков ее пальцев полетели молнии. Широкополые балахоны Семерок воспламенились. Языки огня принялись лизать бесстрастные гипсовые лики. Семерки начали поспешно отступать и растаяли в воздухе. В аудитории остался только покинутый всеми Гамиил.

— Я уничтожу вас! — проревел он.

Айви вздернула тонкую золотистую бровь.

— С помощью какого войска?

Гамиил оскалился и наклонился вперед, как дикий зверь, готовый к нападению. Без предупреждения он сунул руку под свое одеяние и извлек скипетр. Гамиил знал, что ему нельзя прикасаться к Айви и Гэбриэлу, и схитрил. Он навел оружие на перепуганную студентку. Энергетический разряд рванулся к девушке и сотряс аудиторию. Какой-то парень кинулся к ней и накрыл ее тело своим. Луч скипетра пронзил бок молодого человека, и раздалось шипение, какое издает мясо, жарящееся на гриле. Руки юноши сразу почернели и обуглились, а сам он рухнул навзничь, я увидела его лицо, покрытое красными дымящимися язвами. Это был Спенсер. Он, не мигая, смотрел в потолок.

Ксавье в ужасе уставился на труп.

— Нет, будь ты проклят! — хрипло заорал он Гамиилу.

Только что убили Спенсера — его соседа по квартире, союзника и друга. Он погиб из-за нас. Ксавье сел на край стола, а меня покинуло всякое желание сражаться.

Гэбриэл, похоже, приготовился растерзать Гамиила. Айви остолбенела, а затем буквально открыла огонь по Гамиилу. Однако тот увернулся, сделав в воздухе сальто. Гэбриэл сосредоточился на студентах. Он окутал каждого из них голубоватыми сетями, которые выглядели хрупкими, но на самом деле были крепки и несокрушимы, как стальные прутья. Но Гамиил потерял интерес к учащимся, его целью стали мы с Ксавье.