Шрифт:
– Хвастун! – процедила ему вслед Юля.
– Девочки, заходите, – выглянула Виолетта Леонардовна.
Мы зашли и столпились у входа.
– Не бойтесь, мы же не слабая половина человечества, а самая что ни на есть сильная, – сказала она, улыбаясь. – Сейчас тут у меня был один недотрога. Так. Рассказываю. Бояться нечего. Укол в лопатку, безболезненный. Будет ощущение онемения. Вот и всё. Кто первый?
– Я.
– Ты – Оля? Правильно?
Я кивнула. Мне всё равно было страшно. Кто бы что ни говорил. Я боюсь уколов, и всё! Но перед девочками было неудобно. Я видела, как медсестра готовила шприц, потом встала к ней спиной и почувствовала, как её тёплые, почти горячие пальцы оттягивают мою кожу и держат чуточку сильнее, чем хотелось бы.
– Всё. Следующий, – сказала Виолетта Леонардовна, – а ты посиди на кушетке.
– Всё? – удивилась я. – Это всё?
– А ты чего хотела?
Я заулыбалась. Ощущение, что меня кто-то продолжает держать, осталось, но боли не было.
– Девочки! Это совсем не больно! – сказала я уже радостно.
Девчонки заметно повеселели. Мы получили свои прививки и вернулись в класс.
– Бояться нечего! – сказала я, входя в класс. – Правда.
Девчонки заулыбались, мальчишки ухмыльнулись. Только Борька сидел, нахохлившись, подняв воротник пиджака, и смотрел в парту.
Хорошие манеры
Когда тётя Оля берёт нас с Андреем в театр, то часто делает разные замечания. Оказывается, яблоко, которое я ела в антракте, не доедают до самой сердцевины. Хотя мне не совсем понятно это правило. Но тётя Оля считает, что так едят только очень голодные люди.
В антракте, когда мы кинулись с Андреем обсуждать спектакль, говорить громко тоже, оказывается, нельзя.
– Что вы так кричите? Думаете, кому-то интересно ваше мнение о спектакле? Разочарую вас: никому.
Номерок от пальто вообще нужно прятать глубоко-преглубо-ко, потому что если вертеть его в руках, что я очень люблю делать, он с шумом почти всегда падает на пол или вообще может потеряться.
А ещё тётя Оля рассказала нам о трёх итальянских словах: «бис», «браво» и «брава», которые часто кричат в театре. Я вот слышала, например: «Браво! Бис!».
– В театре так кричать нельзя. Слово «бис» означает повтор уже увиденного. Получается, «повторите спектакль сначала», кричите вы! А слова «браво» и «брава» используют в тех случаях, когда вам очень понравилось выступление, и вы благодарите артиста. Если мужчину, то «браво», а если женщину, то «брава».
Ничего этого я не знала.
– Отсутствие хороших манер и незнание того, как себя вести, могут быть незаметны для самого невежи. Страдают от такого поведения не они, конечно, а окружающие.
– А как они страдают? – спросила я, но тётя Оля не успела ответить: начался спектакль, а потом я забыла переспросить.
– Мы с тобой какие-то тёмные, – прошептала я Андрею.
– Да уж, некультуришен. Это факт, – отозвался он.
– Сколько в театр ходим, что-нибудь не так да сделаем.
Но тут произошло вот какое событие. В театр собрался идти весь наш класс. Это был дневной спектакль в субботу. В вестибюле, где сдают пальто, началась свалка. Борька с Валеркой кинулись бегать за Димкой с Лёшкой, сбивая по пути девчонок. Александра Захаровна пыталась их успокоить, но, пока ловила одного, из рук вырывался другой. Смешно! Не до смеха было только нашей учительнице. Причёска на её голове развалилась, лицо покрылось красными пятнами. Наконец пришёл кто-то из родителей – шалунов успокоили.
– Где Юля и Наташа? – пересчитав всех, спросила Александра Захаровна.
– Они ещё не пришли, – ответила Таня.
– До начала спектакля всего пять минут. Мы не будем их ждать. У каждого билеты на руках. Поднимаемся, ребята.
Наши места были на ярусах, это такие балконы вокруг партера. Я никогда раньше на ярусах не сидела. Это высоко и здорово! Когда мы поднялись, места Кости и Димы были заняты какими-то парнями.
– Эй! Уходите. Это наши места, – сердито сказал Котька.