– Не надо!
– в больших синих глазах Юли стояли слезы. – Там такие стихи… про двух котят, которые поссорились в углу. Дениска, я обязана его перевести! Их же выгнали за то, что они подрались… Я должна знать, чем все закончилось!

Денис, как настоящий мужчина, не мог видеть женских слез. Тем более – на глазах обожаемой старшей сестры. Он помог девочке подняться, поправил ее косу и вернул книжку, при этом погладив ее по руке.

– Ну, раз про котят… - смущенно пробормотал мальчик. Его речь прервал громкий вопль ребенка.

– Инка кричит! – запаниковала Юля. – Она уже спать должна, только что пообедала ведь! Наверное, у нее зубки режутся!

Действительно, что еще может беспокоить их пухлую, румяную и веселую годовалую сестренку? Дети кинулись в ее комнатку. Отец стоял около детской кроватки и укачивал малышку, что-то тихонько напевая. Мама тоже уже прибежала. Она искала соску, которую маленькая Инка куда-то зашвырнула.

– Спят усталые игрушки, книжки спят… - напевал большой, крупный сероглазый мужчина. Странно… Их отец был высоким, но худым. И глаза у него были синие, как и у мамы. И голос не такой зычный – скорее более хриплый, приглушенный. У этого мужчины глаза были серыми, он был более крепкого сложения, чем отец. И пахло от папы всегда бензином – он же механиком работал. А этот благоухает дорогой туалетной водой.

– Ты не папа! – встав перед ним, вскрикнула Юля.

Мужчина оставил ее крик без внимания.

– Как – не папа? А кто же? – мама выглядела очень спокойной. – Вить, давай ее сюда. Пойду, подогрею молока.

– Какой Витя? – Денис налетел на мать. Теперь он тоже испугался, как и старшая сестра. Мама доверила качать малышку какому-то чужому дяде.

– Виктор Васильевич Громов, - ласково улыбнулась в ответ мама. – Детки, вы что? Так перегрелись на солнце, что забыли родного отца? Или забегались совсем?

Мужчина поднял глаза. Серые, с ледяным отблеском, они пронзали детей насквозь…

Юля, испуганно вздрогнув, спряталась за спину брата. Тот принял боевую позу – наклонил голову, согнул спину и сжал кулаки, но под взглядом холодных глаз незнакомца почувствовал себя тем, кем на самом деле являлся – маленьким и беспомощным испуганным ребенком.

– Ты кто? – спросила дрожащая Юлька. – Ты не наш папа. Нашего папу зовет Андрей, и он совсем другой. Отпусти девочку!

– Слышал, что тебе сказали? – подступил к нему Денис, вновь почувствовавший себя мужчиной в доме. – Отпусти младенца! Уходи отсюда! Ты не отец!

Денис дрожал, как в лихорадке. С него ручьями лил холодный пот.

– Уходи! – кричал он. – Ты нам чужой!

– Денис, милый, - шептал над ухом родной голос. – Проснись. – Ласковые руки гладили его по голове, по влажным плечам, отирали пот со лба. – Это просто сон. Ничего страшного.

Этот голос звучал, словно за стеной. Денис видел этого человека, и он явно нес в себе угрозу для их семьи.

– Уходи! – еще раз вскрикнул он. – Если не уйдешь, я убью тебя!

Внезапно он почувствовал сильный удар по щеке. И еще. Как будто хлестали кнутом, как бешеную лошадь. Денис открыл глаза. Он все еще дрожал.

– Костров, просыпайся! – жена гладила его по голове, как маленького, хотя недавно раздавала пощечины. – Тебе кошмар приснился.

– Алиска! – Денис обнял ее, вдохнул запах пушистых русых волос – Алиса мыла их детским шампунем, поэтому аромат был слабым, но приятным. – Спасибо, что разбудила… Это был такой ужас!

– Это ты меня разбудил, - недовольно проворчала девушка. – Ты так кричал, что я тут же проснулась. Денис, сейчас только шесть часов утра. У меня сегодня выходной, а тебе к десяти нужно в офис твоей фирмы. У вас же какой-то важный клиент приезжает, правильно?

– Да, милая, - смутился молодой человек. – Прости, что разбудил тебя. Пойду в ванную. Ты спи, а завтрак я сам приготовлю.

Денис долго стоял под прохладными струями воды, смывая с тела липкий пот. Потом он сварил Алисе гречневую кашу, а сам перекусил бутербродами.

– До переговоров оставалось еще три часа. Час на дорогу, полчаса на сборы… Свободное время у него еще есть. Костров решил позвонить сестрам.

– Юлька, привет. Как у тебя дела?

– Отлично, - отвечала ему старшая сестра. Голос у нее был сонный, усталый – как и свойственно молодым мамашам трехмесячных детей. – Игорь уехал на работу. Я уже два часа не сплю, Сашка кричит.

– Милая, держись, - с нежностью в голосе проговорил он. – Береги себя. Я слышал, у тебя обморок случился? Найми няню, наконец! Хочешь, я денег дам?

– Деньги у нас есть, - вздохнула Юля. – Не могу оставить такого маленького ребенка чужой женщине, пусть даже профессионалу. Вот если бы ты сам приехал понянчить его…

Голос Инны звучал совсем по-другому – бодро и энергично.

– Привет, любимый брат! У меня все отлично! Подожди, я отойду в ванную, а то Миша услышит… - прошептала она. Дальше последовала пауза, и Инна продолжила: - Я добыла такую информацию, которая отведет от нас все подозрения, а заодно отвлечет на некоторое время Виктора. А мы с тобой тем временем доделаем наши важные дела…