— Вышла небольшая разборка, — пожала она плечами и вошла в кабинет. Вслед за ней прошел Брэк. Женщина, сидящая за одним столом с Тарджой, обернулась на ее голос и внимательно всмотрелась в ее лицо.

— Привет, Р'шейл. Привет, Брэк.

— Мэнда!

— Ты как будто удивлена, что видишь меня, дитя демона.

— Не зови меня так, — автоматически фыркнула Р'шейл. — Что ты здесь делаешь?

— То же, что делала задолго до того, как повстречалась с тобой, Р'шейл. Помогаю своим людям.

«Ее людьми, — припомнила Р'шейл, — были повстанцы-язычники».

— Не ожидала увидеть тебя здесь. Вроде бы ты собиралась отправиться в Хитрию с защитниками.

— Я решила остаться и помочь Тардже, — улыбнулась Мэнда, бросив быстрый взгляд на него. Р'шейл заметила этот взгляд и почувствовала внезапный укол ревности.

— Какая удача, что новый Лорд Защитник сочувствует вашему делу.

— Не стоит называть это удачей, Р'шейл, — заметил Гарет, отзываясь от расстеленной на столе карты. — Тарджа получил свою должность не в последнюю очередь именно по этой причине. Но что ты имеешь в виду под разборкой?

— Кто-то пытался поджечь склады. Я… немного погорячилась, но по крайней мере огонь потушен.

— Ты нашла Локлона? — спросил Тарджа.

— Нет. И не думаю теперь, что найду. Но сейчас я пришла по другому поводу. У нас возникла новая проблема.

— Что на этот раз? — Гарет скрестил руки на груди.

— Харшини в опасности.

— Они постоянно в опасности вот уже два последних столетия.

— На этот раз речь идет не просто об угрозе разоблачения, Гарет. Убежище оказалось открытым. Теперь кариенцы могут найти его.

— Я убит, — равнодушно отозвался комендант и снова уткнулся носом в карту.

Тарджа нахмурился. Казалось, на него сообщение Р'шейл произвело большее впечатление.

— Сколько у них осталось времени?

Брэк пожал плечами.

— До того как кариенцы обнаружат Убежище? Скорее всего, они уже засекли его. Но им понадобится какое-то время, чтобы туда добраться. Наверное, несколько недель. — Он заметил недоверчивый взгляд Гарета и продолжал говорить, обращаясь прямо к коменданту. — Сестринская община не могла полностью разделаться с харшини, потому что Убежище было спрятано вне потока времени. Я не стану объяснять, как это было сделано, — скорее всего, вы мне просто не поверите. Для нас важно то, что вся тяжесть работы по его сокрытию лежала на короле Коранделлене и что теперь его силам пришел конец. Убежище оказалось в нашем времени, и не пройдет и месяца, как кариенцы окажутся у его ворот.

— Уже неплохо, — заметил Гарет. — Ведь для этого им придется убраться от наших ворот.

— А не могут харшини спрятать Убежище обратно? — спросила Мэнда, укоризненно поглядев на Гарета. Она была язычницей и почитала харшини наряду со своими богами. Так Р'шейл неожиданно обнаружила в ее лице союзницу.

Брэк покачал головой.

— Если Коранделлен допустил, чтобы это произошло, значит, он утомлен до предела. А спрятать Убежище обратно куда сложнее, чем просто удерживать его в безвременье.

— Я не могу посылать людей неизвестно куда искать Убежище, чтобы помочь им, Р'шейл, — сказал Тарджа. — К тому же нам едва ли удалось бы пробраться мимо кариенцев.

— Значит, нам нужно пригласить харшини сюда. Пускай они вернутся в Цитадель.

Все изумленно посмотрели на нее.

— Что? — в ужасе переспросил Гарет.

— Здесь харшини будут в безопасности. Цитадель защитит их.

— И ты полагаешь, что мы позволим им забраться сюда? Вот уж нет! — фыркнул Гарет, не дав никому даже рта раскрыть.

— Но мы должны это сделать! — выкрикнула Мэнда. — Если мы не укроем харшини, то их убьют!

— Милочка, каждого защитника в Цитадели с детства учили убивать всех харшини, которых им удастся найти. А ты хочешь привести своих харшини сюда?

— Тарджа? — умоляюще проговорила Мэнда. Она чуть не плакала. Р'шейл внимательно смотрела на нее, и еще более внимательно на Тарджу. Он чувствовал себя явно не в своей тарелке. Может быть, именно из-за Мэнды он так легко стряхнул с себя гисы? Она отбросила от себя эту мысль. Нужно было разобраться с более важными делами.

— Даже если я соглашусь, кто сказал тебе, что харшини захотят прийти сюда? — спросил Тарджа.

— Им ничего другого не остается. Либо бежать сюда, либо умереть в Убежище, а остаться там сейчас для них равноценно смерти.

— А как насчет Локлона?

— Подождет.

— Еще пару часов назад ты горела местью.

— За эту пару часов я между делом поставила под угрозу смерти несколько сотен невинных людей.

— Если вы приведете сюда харшини, мы через несколько дней по уши увязнем в языческих ритуалах, — угрюмо предрек Гарет.