– у меня на руках Ярослав, видите, боди голубое, а рядом с мамой дочка, Владислава – Матвей осторожно коснулся пальцем волосиков Влады

– Вы сходите, руки помойте, а то с улицы. Лучше не трогайте – Матвей убрал от дочки руку, и покачал головой. Женщина поняла, из комнаты не уйдет. Тогда она осторожно положила Яра в кроватку взяла со стола влажные салфетки и протянула мужчине. Аккуратно Матвей вытащил свою ладонь из ручки Виты, и стал протирать руки. Затем, благодарно кивнув женщине, извлек дочку из под маминого бочка, накрыл Виту одеялом, а сам сел рядом с ней, держа в руках, как величайшую драгоценность дочку

– детки на Вас похожи. Они близнецы. Пока маленькие, не отличишь друг от друга – Матвей слушал и кивал. Говорить не мог, перехватывало горло. В его руках дочка смотрелась, как не очень большая кукла. «Самая красивая», подумал Матвей, разглядывая крошечные пальчики, сжатые в кулачки. Стараясь не разбудить дочку, прижав ее к себе покрепче, привстал, чтобы лучше видеть сына. «Господи, спасибо тебе. Я перед тобой в долгу. Я абсолютно счастлив. Если бы не твоя помощь, сколько еще прошло времени, пока бы я ее отыскал». И он перевел взгляд на спящую девушку. Вита похудела, темные круги под глазами, измученный вид. Ничего, сейчас они вместе, и он сделает все возможное, чтобы его олененок был счастлив

– в кармане завибрировал айфон. Высветилась фотография друга

– Ник? Я нашел их! – громким шепотом сообщил Матвей

– все так, как ты рассказывал?

– да, можешь меня поздравить. У меня сын и дочь, как я и говорил. Ярослав и Владислава. Правда боксера еще не видел – пошутил он – и Ник, я беру отпуск по уходу за детьми. Впрягай Метнушко, я его хорошо натаскал

– Без вопросов. Ты за последнее время столько впахивал, что заслужил. Когда с женой познакомишь?

– я позвоню и скажу, когда можно подъехать. Ну ладно бывай – Матвей так и просидел, любуясь на свою семью, пока не закряхтел сын, постепенно кряхтение переходило в хныканье, грозя перерасти в полноценный плач. Вита тут же открыла глаза

– значит, не приснилось – сказала она с улыбкой и села. Странно, но голова не болела. Чувствовала себя превосходно, как будто проспала целый день. Она подошла к кроватке, взяла на руки сына и положила на пеленальный столик. Яр затих, пристально разглядывая маму. А когда она расстегнула кнопочки на боди, и сняла подгузник, облегченно выдал такую струю, что чуть не умыл отца, который с умилением наклонился над сыном. Матвей расхохотался

– точно на свадьбе у сына гулять буду - Вита откинулась назад, на стоящего рядом мужа

– почему это произошло с нами? – подняла глаза на Матвея

– никогда не был верующим, но сегодня скажу «Господу виднее». Может за такую любовь, как у нас надо платить? Или испытывать ее на прочность? Повторю «Господу виднее». Но я благодарен ему безмерно, что он помог мне найти вас – он поцеловал Виту в макушку – дети не дали долго разводить родителям розовые сопли, и оба решили напомнить о себе оглушительным криком. Детей кормила Вита, а вот надевать подгузники учился Матвей. Он решительно взялся за дело, но когда прикоснулся к дочке, которая лежала перед ним, накатил такой ужас, «он не сможет, у дочки обязательно что-нибудь сломается или отвалится. Она такая хрупкая. А у него такие неуклюжие огромные руки». И так, потея от страха, все-таки смог совершить этот героический подвиг, безмерно гордясь собой. Когда Матвей и Вита появились в зале с одетыми для прогулки детьми, первым, конечно, выступил Кирилл. Сначала поприветствовал детей

– деточки любимые! – затем, Матвея – присоединяйся, друг – он в это время выискивал что-то у Дези между пальцев. Вита поправила,

– это не друг, это папа - Кирилл поправился

– папа вернулся. Явился кобель потасканный – Матвей захохотал, Кирилл с испугу залаял. Его поддержала Дези.

– дурдом на выезде – прокомментировала Вита – детям спать не даете

– хочешь спою – заглядывая ей в глаза, произнес Кирилл

– не надо песен, лучше за деточками присмотри – попросила девушка, Кирилл покивал головой.

Детей гулять вывозили на веранду. Она хорошо была защищена от ветра, а дети дышали свежим воздухом. Двери на веранду оставляли приоткрытыми, или в коляску клали радио няню.

Валентина Ивановна, понимая, что молодых надо оставить одних, накрыла стол и пошла домой. Они молча сели за стол, молча стали есть, не сводя глаз друг с друга, как будто разговаривали взглядами. Прервал этот разговор Кирилл, который оторвался от наблюдения через стекло за деточками, перелетел к ним за стол и запел

– Это любовь, что без денег делает тебя богатым, ля, ля, ля

Это любовь, о которой ты читал когда-то, ля, ля, ля. Ты, ты, ты. Я, я, я,

– откуда у тебя это чудо в перьях? – изумленно спросил Матвей

– прилетел. Знаешь, даже не верится, но мне кажется, что он понимает, о чем говорит или поет. Практически всегда в тему

– это ты имеешь в виду, кобеля потасканного? – Матвей улыбался. Вита засмеялась

– тебе лучше знать. Я просматривала объявления о пропавших животных, Кирилла никто не искал. Но хозяин им явно занимался. Я уже слышала в его исполнении несколько песен, он даже стих читал. Ты умница, да Кирилл?