Взгляд Лайла стал вдруг холодным и пустым, впрочем, как и голос, которым он произнёс это слово:

– Ничего.

– Вот видишь? А мне это нравится, я упиваюсь каждым мгновением их мучений, страха, боли. Мы более жестоки и прагматичны. А вот существа, созданные Алакостами, чаще руководствуются чувствами, мимолётными желаниями. Вот еще различия: большинство существ Хаоса не умеют ничего создавать и не способны на любовь.

– Мы тоже на это не способны.

– Ошибаешься мальчик, сильно ошибаешься, - слегка снисходительно покачал головой Пророк.
– Просто фениксы - однолюбы. Поэтому и влюбляться боитесь. Интуитивно.

– Было бы в кого! Спасибо, дед, за лекцию и предостережение, но я не отступлюсь от своего.

– Вот и лезь в пасть к химере, но остальные здесь причем?
– вызверился Кровавый Пророк, поняв, что только зря потратил время, пытаясь образумить этого упрямца.
– Если собираешься сгинуть, то иди один, нечего будоражить парней.

– Хорошо, я так и сделаю. Прощай, дед.

Повелитель Тьмы встал и направился к выходу. За дверью в храм нетерпеливо переминался с ноги на ногу Огненный Вихрь.

– Пророк сказал возвращаться, да?
– спросил он, стоило Лайлу закрыть за собой дверь.

– Да.

– И мы вернемся?
– пытливо глядя в глаза предводителю, потребовал огненный феникс

– Вы - да. А я продолжаю путь.

– Но...

– Лагерь почти собрали. Поспеши. И дай мне пройти, - холодно перебил друга Повелитель Тьмы, который, осмыслив сказанное Пророком, решил, что путь ему и вправду лучше продолжить в одиночестве. Но Огненный Вихрь заступил дорогу и схватил командира за предплечья.

– Лайл! Для начала выслушай меня. Во-первых, если ты думаешь, что я отпущу тебя одного, проклятый знает куда только из-за того, что Пророк сыграл на твоем самолюбии, то ты очень сильно ошибаешься. Не перебивай меня! Во-вторых, рейнджер раскололся: он рассказал, как быстро добраться до Долины.

– Где он?
– тут же подобрался тёмный феникс, как цербер, взявший след.

– Не выдержал и отправился к праотцам. Так что теперь только я знаю эту дорогу.

– Выкладывай!
– потребовал Повелитель Тьмы.

– Ща-аз! Размечтался. Я иду с тобой, и точка.

Лайл удивленно посмотрел на друга. Раньше тот никогда не смел ему перечить или активно отстаивать свою точку зрения. Что на него нашло?

– Ивен, это предприятие слишком опасное и, скорее всего провальное. Ты слишком молод чтобы...

– А ты, типа, такой дряхлый старик!
– не выдержал Огненный Вихрь.
– И жить тебе больше незачем, кроме твоего брата.

– Ладно, поступай, как хочешь, - сдался Лайл.

– Отлично. Пошли к костру, там команда ждет.

– Ты и их подбил на это предприятие?!

– Обижаешь!
– расплылся в улыбке Ивен.
– Они сами возвращаться не хотят. А главным подбивальщиком был не я, а Джей.

В дальнем конце лагеря собралась вся команда. Фениксы спокойно разговаривали и пили зелёный мираил*, не обращая внимания на суету вокруг и, похоже, никуда возвращаться не собирались. Лайла встретили подначки и подколы.

– О! Наш герой объявился. Взбудоражил фениксов, а теперь за это по шее получил.

– Небось, Пророк тебе косточки перемывал за прошлое подделанное предсказание? Нет? Странно.

– Внимание, внимание, только сегодня мы имеем счастье лицезреть феникса, который наперекор здравому смыслу и предостережениям богов решил положить свою голову на алтарь памяти любимого брата. И ради этого сей идиот...

– Все, прекратили!
– Лайл недовольно насупился, столкнувшись в очередной раз с полным неуважением команды к своей особе.
– Похоже, вы не сомневались в итоге нашей беседы.

– Конечно. Если тебе что-то нужно, то ты становишься настырней мартинхора.

– Ладно, я - идиот. А вы куда собрались?

– Понимаешь, - откровенно поведал Джэй.
– Идиотизм - это очень заразная болезнь.

– Да ну?

– Которая распространяется от командира к команде. Причем исключительно на его команду.

– Фениксы не болеют, - попытался отшутиться Повелитель Тьмы.

– Неправда! Любовь - это тоже болезнь, влез обычно молчавший Ролал.