Вообще, когда-то в древности, когда Акадэмия была еще молода, люди и Ааш'э'Сэй проходили обучение вместе, но... Программа тренировок была рассчитана на более сильных и, практически, неуязвимых Ааш'э'Сэй, люди просто не могли вынести подобные нагрузки. К тому же, зависть разъедала их души и сердца. Со временем люди отказались отдавать своих сыновей в военное заведение, предпочитая обучать мальчиков дома. Ааш'э'Сэй с этим спорить не стали - после смерти Райдана, власть на какое-то время перешла в руки его брата, который не смог удержать ее, а после смерти Клая, Империей правил Совет, до тех пор, пока маленький сын Райдана не подрос достаточно, чтобы взять бразды правления в свои руки.

С тех пор порог Священной Акадэмии не переступала нога человека. До того времени, как Император Лазар не издал указ о том, что люди, наравне с Ааш'э'Сэй, должны проходить обучение искусству воина. Специально ради этого администрация Акадэмии внесла некоторые поправки в программу обучения, не затронув самого главного.

На самом деле, то, что происходило за стеной Священной Акадэмии, всегда вызывало множество вопросов у Ленара. Взять хотя бы тот факт, что Император не имеет власти над этим заведением. В то же время, выпускники Акадэмии отправляются нести службу ко двору. Несмотря на то, что слово Владыки в Акадэмии веса не имеет, стоило лишь ему сказать о том, что пришла пора открыть двери и для людей, как соответствующие изменения были внесены в программу. К тому же, насколько Ленару было известно, нынешний Император, в бытность свою наследником, проходил обучение все там же. А значит, вход ему туда не закрыт?

Нахмурив густые брови, Командир Заставы покачал головой. Сами Светлые не разберут, что тут да к чему... В этот момент за спиной раздалось легкое покашливание и, обернувшись, Ленар посмотрел на своего любимца - мальчика, вылезшего из выгребной ямы, по самые края наполненной отходами и грязью, чтобы через несколько лет достать руками до самых звезд. Это, конечно, в переносном смысле.

Тим, видимо, только-только умылся - по лицу катились капельки воды, а темные волосы были стянуты в тугой хвост. Натянув рубашку, молодой мужчина солнечно улыбнулся и, посмотрев на командира, сказал:

– А где же Их Сиятельство?

Ленар хмыкнул и ответил:

– Не явился, пока что.

Воины, заполнившие двор, начали довольно улыбаться и подбадривать Тима (в чем он, в общем-то, не нуждался) вопросами:

– Молодой де Сэй испугался?

– Еще бы, нас же большинство...

Ленар грозно нахмурился и, довольно мрачно, произнес:

– Все, несущие службу в моей Заставе - друзья и напарники. Ясно?

Смешки тут же прекратились, а Тим, слегка нахмурив борви, но все так же улыбаясь, спустился вниз по ступеням и подошел к старому дереву, которое возвышалось в самом центре двора.

Задрав голову наверх, молодой лейтенант тихо позвал:

– Эээй... Просыпайся уже, новый день наступил.

Эйрин, который пришел во двор задолго до рассвета, развалился на ветке, прикрыв лицо какой-то книгой и заложив руки за голову. Лениво подняв руку к лицу, молодой де Сэй, немного надменно, поинтересовался:

– Ты готов?

Тим хмыкнул и, кивнув одному из стоящих неподалеку воинов, ответил:

– Конечно.

Эйрин убрал книгу в карман кафтана, легко спрыгнул на землю, приземлившись на корточки мягко спружинил и выпрямился в полный рост. Обведя тоскливым взглядом собравшихся, молодой дэ Сэй с трудом подавил зевок.

А смелые они стали, люди... Когда он, Эйрин, был ребенком, вот так запросто стоять рядом с одним из Ааш'э'Сэй мало кто решался. Одна надежда, что Лазар не прогадал и нововведения принесут только пользу.

В сантиметре от лица что-то просвистело и Эйрин, слегка отклонив голову вбок, холодно посмотрел на того, кто заставил его увернуться. Один из вчерашних напарников Тима стоял чуть позади Эйрина и с торжествующей улыбкой смотрел на него.

– А просто передать нельзя было?

Слегка приподняв бровь, Эйрин показал взглядом на катон, зажатый в руке Тима. Именно лезвие катона пару мгновений назад просвистело в опасной близости от головы Эйрина. Тим вежливо поклонился, принеся тем самым извинения за поведение своего напарника, и ответил:

– Он всегда любил показушничать.

Вопросительно приподняв брови, Дорэй спросил:

– Ты безоружен?

Эйрин качнул головой, указывая на короткий катон, прислоненный к стволу дерева.

– Я готов.

Молодой лейтенант хмыкнул и нанес молниеносный удар, который, если бы достиг своей цели, стоил бы Эйрину головы. Сталь со звоном ударилась о сталь, по двору пробежал приглушенный вздох. Никто даже не успел заметить, когда именно молодой де Сэй взял катон в руки. Тим широко улыбнулся и, сделав еще один выпад, задумчиво пробормотал: