Дела у Джулиано шли едва ли хуже. За эти годы он из безвестного статиста превратился в певца первой величины, едва ли не с мировым именем. Семейные дела тоже шли хорошо. Детей у них, пра¬вда, не было, но жили они на редкость счастливо. А сам Джулиано просто боготворил свою жену. И вот на тебе – всё так нелепо кончилось.

Как же всё-таки это произошло?! И правда ли, что просто нелепый случай прервал жизнь велико¬го артиста. Нет , Джулиано убил не случай. Джу¬лиано погубила его доверчивость. Рано или поздно это должно было случиться. Та, которую он бо¬готворил всю жизнь и считал воплощением непороч¬ности , оказалась просто-напросто обыкновенной шлюхой. И когда он понял это, жизнь для него пе¬рестала представлять интерес.

Вкратце история такова. Джулиано подметив, что его жена уже который раз отказывается под любым предлогом присутствовать на его выступле¬ниях, решил выяснить, в чём же собственно дело. Нет, у него не было в мыслях ничего дурного, просто прежде такого не случалось. И вот он не¬ожиданно возвращается домой, и что же он видит?! Его жена в объятиях другого и, Боже, кого, како¬го-то дворецкого. Увиденное буквально раздавило Джулиано. Он не хотел больше жить. Но уйти из жизни – и не покарать виновных! Нет, так не по¬ступают настоящие мужчины! И всё же поднять руку на женщину, которую так любил, Джулиано не мог. И тогда он совершил это. Для подготовки ему по¬требовалось несколько дней. Необходимо было незаметно снять слепок с ключа, а это было, ох как, непросто. Затем изготовить дубликат, на это тоже ушло немало времени. И в довершение ко всему, раздобыть тот самый индейский томагавк, который и стал вестником его смерти. Когда всё было го¬тово , Джулиано решил действовать. Дождавшись обеда, он притворился больным и не пошёл с женой в ресторан. Оставшись один, Джулиано заперся в библиотеке, где и учинил вышеупомянутый погром. Затен позвонил по телефону. Звонил он, очевидно, знакомым. Но волнуясь, случайно перепутал номер и попал к миссис Роуз. Перезванивать он не ре¬шился , видимо боясь этим навредить своим планам. После чего он и нанёс себе тот смертельный удар тонагавком. Как он проделал это, похоже, так и останется тайной. Но то, что сделал это именно он не вызывает сомнений. Правда, есть одно маленькое “но”: а вдруг этот телефонный звонок был всего лишь шуткой и тогда...

Глава 7

С этого дела и пошла моя слава. У меня бук¬вально не было отбоя от клиентов. И надо созна¬ться, я почти никогда не обманывал их надежд.

Глава 8

Спустя десять лет ( Основной рассказ –

по мотивам еврейского фольклора)

Контора моя хотя была и плохонькой, зато на¬ходилась в самом престижной районе города. Дела мои по-прежнему шли хорошо, поэтому я не испыты¬вал недостатка в средствах. История, которую я хочу обязательно донести до слуха хоть какого, пусть даже самого завалящего читателя, потому что я не ногу не рассказать о ней, ведь это бла¬годаря ей я очутился в таком дерьме, что мне не отмыться до конца моих дней, началось с того, что вошедши однажды утром в свою контору, я об¬наружил в ней, кого бы вы думали? Правильно, своего старого знакомого, точнее, знакомую. Бо¬лее того, у нас с ней были давние счёты, короче, мы были непримиримыми врагами. Она сидела в моём кресле, скрестив свои красивые длинные ноги. Увидя меня, она приветливо улыбнулась.

– Наконец-то, я дождалась тебя, поздненько же ты приходишь на работу.

– Глория! Какими судьбами? – только и нашёлся ответить я на её своеобразное приветствие.

– Сейчас узнаешь, засранец. – Лицо её в мгновение ока из приветливого сделалось свирепым, а в руке, как по мановению, появился пистолет.

Я знал эту пушку, это был ТТ-4МК – самый, что ни на есть, последний писк Русской техники. В магазине его помещалось целых двадцать патронов. Да, положение моё было, просто не позавидуешь: даже ребёнок с такой штукой мог запросто распра¬виться с целым отделением самых отъявленных го¬ловорезов, а я был, увы, всего лишь один. И всё

же я решил не подавать виду, что мне действи¬тельно страшно.

– Валяй, – невозмутимо буркнул я, сел в кре¬сло напротив, небрежно положив обе руки на крыш¬ку стола, и нахально уставился в её бесстыжие голубые очи.

Да, она была по-прежнему хороша, чертовски хороша. Время почти не изменило её.

Сколько же ей лет, подумал я, наверное уже за сорок, а выглядит на каких-нибудь тридцать, ну от силы, тридцать пять.

Видя мою реакцию, она засмеялась. Да, смех явно не шёл ей. Он скорее напоминал кудахтанье, чем смех.

– Так-так, парень, а ты по-прежнему всё та¬кой же. Я тычу в него пушкой, а он хоть бы усом шевельнул.

Я игриво ухмыльнулся, – так вы же мне ещё ни¬чего не сделали, Глория, почему я должен что-ли¬бо предпринимать?

– Не сделала, так сделаю, ты же меня знаешь.

– Да уж, – согласился я, понимая, что на этот раз всё по видимому очень серьёзно.

– Слушай меня внимательно, – наконец, реши¬лась Глория, тыча пушкой теперь уже не только в мою сторону, но и в центр моего лба. – Ты должен вывести меня на кое-кого!

– И на кого же, Глория?

– На одного “Химика”, его фамилия Седерстрен.

– Так ведь это было давно, а время сама зна¬ешь .. .

– Но ведь ты был его другом. Ты, наверное, и сейчас знаешь, как его найти.

– А что, если я откажусь помогать тебе?

– Тогда я просто изрешечу тебя.

– – В том, что она это сделает, я не сомневался. Ведь перед тем, как стать врагами, мы были любовниками, по¬этому я очень хорошо себе представлял, чего мож¬но от неё ожидать.

– Нет, тебе нужен не только Седерстрен. Тебе,

пожалуй, нужна ещё и крошка по имени Джудит?

Я играл с огнём, она аж вспыхнула, но ничего не ответила.

– Она была такая толковая, к тому же такая хорошенькая, – продолжал я, стараясь хоть как—го рассеять её внимание. – Знаете, Глория, а ведь она больше вряд ли сможет пригодиться вам.

– Хватит мне выкать, скотина, ведь сколько раз мы лежали в одной постели, и тогда ты мне ни разу не сказал “вы”. Говори, что ты с ней сде¬лал! – рявкнула Глория, было видно, что и она тоже начинает нервничать.