Шрифт:
— Благодарю тебя,— прошептал Рауль, с жаром целуя руки жены.— Я еду,— и, обняв Валерию, сказал: — Я обещаю Мейеру освободить его от ребенка после смерти жены. Но думаю, что лучше написать сперва банкиру в какой день и час я могу явиться.
— Чтобы бедная больная умерла, пока вы будете переписываться? — воскликнула Валерия.— С чахоточными нельзя поручиться ни за один час. Нет, нет, милый, поезжай скорей, не откладывай далее.
Слова Валерии убедили князя. Он велел подать экипаж, а княгиня села у окна и, глядя на уезжающего князя, так глубоко задумалась, что не заметила как у подъезда остановилась карета Антуанетты, и подруга ее вошла затем в комнату.
— Скажи, фея, что у вас? Опять новая размолвка?— спросила графиня, трогая ее за плечо. — Рауль, проезжая мимо, пристально глядел на меня и не узнал, а тебя я нахожу в мечтательном состоянии. Что это — избыток счастья или какая-нибудь ссора туманит так ваши головы?
— Мы совершенно счастливы и живем в полном согласии,— ответила, улыбаясь, Валерия.— А смутило наш покой прошлое, которое выплывает неизвестно откуда. Пойдем ко мне, я тебе все расскажу. От тебя, моей сестры и поверенной, у меня не может быть тайн.
— Вот уж, действительно необыкновенная история,— сказала графиня с изумлением, выслушав рассказ Валерии.— Но ведь какая роковая случайность, что Рауль среди сотен «этих дам» попал и обольстил именно жену Мейера? Воображаю бешенство гордого Самуила, когда он раскрыл этот сюрприз. Какая насмешка судьбы! Но я тоже не понимаю, что могло смягчить эту железную душу до того, что он принял обратно эту женщину с ребенком, да еще приглашает Рауля навестить его возлюбленную. Это же прямо чудо!
— Быть может, он хочет отделаться от ребенка.
— Сомневаюсь. Такие натуры, как Мейер, ничего не делают наполовину. Уж если он простил жену и победил отвращение к незаконному ребенку, терпя их в своем доме, то вряд ли захочет отделаться от девочки. А ты желала бы взять ее и воспитать вместе с Амедеем?
— И чего ты только не выдумаешь, право! Разве это возможно? Нет, мы поместим ее в какое-нибудь почтенное семейство и обеспечим ее будущность.
— Это Мейер и сам может сделать, он слишком богат, чтобы останавливаться перед денежным вопросом. А насколько я знаю, он никогда не примет предложения Рауля. Ты должна бы понимать это лучше меня.
Валерия не отвечала. Опустив голову, снова задумалась. В памяти ее воскресло далекое прошлое и все перипетии ее любви к Самуилу. Перед ней, как живое, восстало бледное, энергичное лицо банкира и его пламенный, чарующий взгляд впивался в ее глаза... Конечно, все это прошло и забыто, она не любит более Самуила, а между тем, одно воспоминание об этом человеке пробуждало в ее сердце какую-то неопределенную тоску, какое-то тягостное чувство, которому не находилось названия... И она невольно вздохнула.
— Не предавайся вредным мечтаниям, Валерия,-- сказала следившая за ней графиня, наклоняясь и беря ее за руку.— Не вызывай в своем воспоминании демонический роковой взгляд, который едва не разрушил твое супружеское счастье. Ты не в силах бороться против чарующего влияния, которое этот человек имеет на тебя. Чтобы быть счастливой, не изменять своему долгу и безгранично любить Рауля, ты должна изгнать всякое воспоминание о Самуиле.
— Ты права,— сказала она, поднимая голову и проводя рукой по лбу.— К чему эти праздные мысли? Рауль— это моя светлая и радостная будущность, а Самуил — темный призрак, вставший между нами как грозная пропасть.
— Наконец-то,— обрадовалась графиня.— Вот такой я тебя люблю. А теперь, слушай, зачем я приехала. Вы все едете ко мне на целый день. Маленький Жорж свалился и свихнул себе ногу, доктор его уложил в постель, а я обещала привезти ему приятеля Амедея для поддержки его терпения. Я дождусь возвращения Рауля, и мы все вместе отправимся.
Рауль меж тем приехал к банкиру. Несмотря на его добрую решимость и сострадание к Руфи, мысль, что нужно переступить порог этого дома, тяготила его.
— Доложите обо мне баронессе,— сказал он, давая лакею свою карточку.
— Баронесса никого не принимает, ваша светлость,— ответил лакей в замешательстве.— Но вот барон, потрудитесь обратиться к нему.
Действительно, в одну из дверей вестибюля выходил Гуго, собираясь уезжать, но при виде посетителя он сдержанно вежливо поклонился.
— Прошу войти, князь. Жена моя не ожидала сегодня вашего посещения, но я тотчас предупрежу ее и потом проведу вас к ней.