Потом мы снова вернулись в ангар, нам раздали лук и стрелы, и я опять почувствовала себя не в своей тарелке. Ко мне подошла молодая женщина и стала объяснять, как следует держать лук и как стрелять. Мои стрелы летели в основном под ноги. Наверное, я даже не старалась, потому что ни капли не продвинулась. К двум часам, когда мы шли на обед, я уже чувствовала себя ужасно уставшей.

– Ну, как?
– спросила Женя. Мы сидели за столом и наслаждались долгим перерывом.

– Я валюсь с ног, - заметила я.

– Это с непривычки, - посочувствовала Альбина, - всего пара недель, и будет не так сложно. Я уже втянулась.

– Девочки, а сколько тут вообще учителей?
– поинтересовалась я, увидев за одним из дальних столов группу педагогов из шести человек.

– Когда как, - пожала плечами Леся, - Инга Петровна, она у нас главная. Преподает психологию на втором и третьем курсах. У нас же сейчас психологию ведет Арнольд Витальевич. Лук - Элла, стрельбу - Вячеслав Константинович. Виктор Михайлович у нас по бою, еще и бег на себя недавно взял, когда Крюков куда-то пропал.... Хотя в старших классах есть еще учителя, Ирина Антоновна, Ксения Дмитриевна, Леонид Вячеславович.... К тому же, гастролеры тоже дают разные уроки, что-то вроде открытых тренировок.

Внимательно слушая, я не отводила глаз от стола с педагогами, вот к ним подошла Инга Петровна, все поздоровались. Она что-то спросила, преподаватель по психологии поморщился, Болотов усмехнулся, остальные тоже покачали головами. Мне стало любопытно, о чем речь, и тут она посмотрела на меня. Внимательно. Пристально. Я поспешно перевела взгляд. По спине снова пробежались мурашки, мелькнула безумная мысль, что она могла спрашивать обо мне. Вот и прекрасно, сегодняшний день великолепно подтверждает, что это место не для меня.

– Ладно. Я пойду, переодену кроссовки, встретимся на поле!
– Леся поднялась и ушла.

– Кроссовки? Что заставило ее снять любимые каблуки?
– напряглась я и потянулась за расписанием.

– Сейчас будем бегать, - спокойно заметила Альбина.

Только тут до меня дошел весь ужас происходящего.

– Весь урок?

– А что такого?

– Да нет, ничего, - пожала я плечами. И, правда, ничего... час беспрерывного бега, это же такой пустяк.

И все-таки это оказалось еще ужаснее, чем я предполагала. Мы бегали вокруг школы, и я явно была слабым звеном. Девочки меня подгоняли, но я лишь отрицательно качала головой. Никто не говорил, что надрываться обязательно.

– Шестакова!
– закричал Болотов, замедляясь и дожидаясь, когда я добегу до него, остальные были уже далеко впереди.
– Ты собираешься хоть чуточку напрячься??

– Я уже выдохлась, - огрызнулась я.

– Да, твои данные еще слабее, чем я думал, - заметил мужчина и, не тратя на меня больше времени, убежал вперед. Стиснув зубы от злости, я плелась за ними.

Все уже расходились на перемену, когда я доковыляла до финиша.

– Худший результат, Шестакова, ты последняя, так что на тебе сегодня общественные работы. В семь вечера поможешь в северном крыле, в хранилище, - бросил сухо мужчина, что-то записывая в своем блокноте, и удалился к ангарам, я жадно ловила воздух и не понимала, что произошло.

– Что значит... общественные... работы...
– задыхаясь, спросила я у девочек, дождавшихся меня, чтобы идти на следующий урок, который пройдет в здании.

Ответила Леся:

– Забыла? Я вчера тебе говорила, что отстающих оставляют на отработки.

– Прекрасно! Просто замечательно!
– проворчала я, и вправду начиная припоминать.

– И что, если бы ты помнила, то прибежала бы на финиш не последней?
– разумно спросила Альбина.

Да, знание ничего бы не изменило. Я была сильна на коротких дистанциях, но не на таких продолжительных. Это бы ничего не изменило.

– Нет, ты права... Просто, я бешусь! Кто вообще такие тупые правила придумал...

– Ну, ту же нет оценок, - пожала плечами Женя.
– Им надо как-то выделять, тех, кто не успевает по предметам. Например, после неуда за бой Кирилл тоже сегодня на общественных работах.

– То есть, меня еще могут и на всех уроках за такое отставание наказать?
– мои глаза округлились. Похоже, с моими, как выразился Болотов, скудными данными, передо мной открывается блестящая карьера уборщика.